Долго и счастливо

Где-то на задворках сознания желание жить говорило, что бояться нельзя, что животные чувствуют страх и от этого становятся ещё злее. Что лучше играть в гляделки и не двигаться, но…

Её рука непроизвольно дернулась к задвижке. Это послужило сигналом к атаке. Псы сорвались с места. Их приближение Оливия встретила возгласом ужаса. Ещё одно мгновение… Она чувствовала их дыхание, ярость, их желание терзать жертву, защищая своё… Ещё одно мгновение и ей конец…

Оливия крепко зажмурилась, втянула голову в плечи, выставила вперед руки, словно это могло остановить такую простую, но такую эффективную охрану от воров.

Тело сжалось, приготовилось к боли. Ещё одно мгновение…

Жалобный скулеж и едва слышный топот лап. Девушка несмело приоткрыла глаза. В глубине сада мелькали спины стремительно убегающих псов. Оливия изумленно смотрела им вслед, не веря своему счастью. Жива! Жива! Жива! Но… как? Она стала озираться в поисках спасителя, всё ещё надеясь, что он есть, что… Взгляд коснулся земли. Опять. Это случилось опять.

– Нет… нет… что же это?! Не хочу… – зашептала она. Ком подкрался к горлу, делая шепот надрывным, переходящим в плачь.

У её ног клубились темные вихри, даря тепло ногам, разгоняя по венам живущую внутри колдовскую силу. Силу, подаренную настоящей матерью. Силу по праву рождения. Силу, что ждала своего часа. Оливия понимала, что уйти от судьбы не получится, но всё равно всегда надеялась.

Слезы струились по щекам, страх сковывал сердце. Девушка замахала у земли руками, стараясь прогнать вихри.

Прогнать тьму. Ужас от происходящего ещё больше питал призванные случайно силы. Если кто-то увидит, то… Оливия всхлипнула.

– Лив, что случилось? Почему молчишь? Что происходит?! Лив! Собаки ушли? Я ничего не слышу! Лив! – его голос дрожал от страха, он почти плакал.

Наплевав на шум и опасность быть услышанным, Свэн навалился на дверь в попытке её сломать.

Его голос привел Оливию в чувство, но и добавил новых страхов. Свэн… Нельзя, чтобы узнал! Нельзя, чтобы увидел! Она снова уставилась на разрастающуюся у ног тьму.

Тьму? Почему тьму, а не свет? Она, Оливия, плохой человек? Девушка мысленно одернула сама себя. Не время для сожалений. Нужно что-то, что поможет отвлечься, успокоиться, что-то, что уберет колдовство.

– Ли-и-в… – жалобный голос за калиткой.

Свэн. Точно! Она стала вспоминать какими мягкими и шелковистыми на ощупь его волосы. Как они сияют на солнце, откликаясь на теплые лучи небесного светила.