Моя обитель

 – Я просто не люблю ложь… А он врал… всё время! Представляешь? Говорил, что жил в Налии, что тоже наёмник, что у него мама… Мать его! Пел мне песни, а сам счастливо жил за рекой в соседнем поселении с девчонкой и растил сына! Но! – она подняла вверх указательный палец и довольно хихикнула. – Я сломала ему нос и подарила пару фингалов! Ну на прощание!

– Правильно сделали, – спокойно прокомментировал мужчина.

– Что-о-о-о-о? – изумленно уставилась она на него. – Отец Джеймс?! – Эвелин вдруг опомнилась и ворчливо добавила: – Что я говорила про вы-канье?!

– Правильно сделала, Эвелин.

И раз уж ты настаиваешь, то прошу удовлетворить ответную просьбу. Зови меня просто Джеймс. Не люблю эту приставку, что прихожане приписывают служителям Создателя. Какой я тебе, право дело, отец?

– Глупо звучит, согласна, – хихикнула она и медленно произнесла, словно примеряя к себе это слово, – Джеймс…

Его имя почему-то сказала тихо, ответила на его прямой взгляд и вдруг почувствовала себя неуютно.

– Кажется, я много выпила, – пробубнила она, виня алкоголь в своей неожиданной реакции на этого мужчину.

– Я провожу тебя.

– Не стоит, я сама, – вскинула она руки в знак протеста и подскочила с места.

Стены таверны качнулись вместе с ней. Джеймс, словно предвидя это, был уже рядом и поддерживал её, не давая упасть. Дремавший под столом пес, неправильно расшифровав поведение мужчины, подскочил и угрожающе зарычал.

– Тише, Лесли, всё нормально, это… – она замолчала, подбирая в уме подходящее слово, определяющее стоящего рядом мужчину.

Так близко стоящего… Его синие глаза бродили по её лицу взглядом, почему-то заставляя волноваться.

…когда он смотрит на тебя, то хочется отдать ему и душу, и тело… его взгляд проникает под кожу и оставляет внутри дрожь…

Эвелин вдруг поняла, о чем говорила Кассия. Именно это она только что и почувствовала.

– Всё-таки я провожу… – тихо сказал он, крепче сжимая её руку чуть выше локтя.

Его дыхание коснулось её кожи, и тело Эвелин покрылось мурашками. Джеймс забрал её меч и повел за собой, придерживая, давая опору.

Странность происходящего привела женщину в смятение. Она даже не стала возражать против того, что он дотронулся до её меча, чего воительница никогда никому не позволяла.

Свежий воздух понемногу добавлял ясность мыслям. Сначала Эвелин вернула себе меч, а потом постаралась забрать и свою руку. Но отсутствие еды со вчерашнего дня усиливало действие алкоголя и не давало выровнять шаг для самостоятельного хода.