Пляжное чтение

Это была вырезка из списка бестселлеров «Нью-Йорк Таймс» трехлетней давности – та самая, которую он повесил и у нас дома над камином. Я в этом списке под номером пятнадцать. А на три места выше «моей строчки» по странному стечению обстоятельств значился мой соперник по колледжу Гас – теперь его звали Огастес и он был очень серьезным человеком – с его невероятно интеллектуальным дебютным романом «Откровения». Он оставался в этом списке в течение пяти недель. Я не любила это признавать, но считала каждый день, пока он был в этом списке.

– Ну и что там? – подала голос Шади. – Как ты думаешь?

Я повернулась, и мой взгляд упал на гобелен с мандалой, висящий над диваном.

– Я начинаю подозревать, что папа покуривал травку, – проговорила я и повернулась к окнам, выходившим сбоку дома. Они почти идеально совпадали с соседскими. Такой недостаток мама никогда бы не упустила, если бы выбирала дом.

Но по соседству едва ли был дом человека, похожего на мою маму. Я отчетливо видела у соседей книжные полки от пола до потолка, которые стояли вдоль всего кабинета.

– О боже, так может, это дом для взрослых дел, а не лачуга для глупой любви? – более радостно зазвучал голос Шади. – Тебе следовало бы все же прочитать то письмо, Яна. Все это какое-то недоразумение. Твой отец оставляет тебе семейный бизнес, а та женщина была его деловым партнером, а не любовницей.

Хуже всего было то, что я сама хотела, чтобы она оказалась права!

В любом случае я твердо намеревалась прочитать письмо. Просто ждала подходящего момента, надеясь, что последние слова отца успокоят меня и мой гнев уляжется.

Но прошел целый год, и страх, который я испытывала при мысли о том, чтобы вскрыть конверт, рос с каждым днем. Это было так несправедливо, что последнее слово останется за ним, а я не смогу ответить. Глупо кричать, плакать и требовать новых ответов. Как только я открою письмо, пути назад уже не будет и состоится последнее прощание.

Так что до дальнейших распоряжений его письмо жило счастливой, хотя и одинокой жизнью на дне коробки с вещами, которые я и приволокла с собой из Квинса.

– Это не похоже на дом для выращивания травы, – сказала я Шади и открыла заднюю дверь, выходя на веранду. – Если только травку не выращивали в подвале.

– Ну уж нет, – возразила Шади. – Там уже находится темница для секса.

– Ладно, давай не будем говорить о моей унылой жизни, – сказала я. – Что у тебя нового?

– Ты имеешь в виду Зачарованную Шляпу? – уточнила Шади.