Тени. Сплетенные тьмой

– Еще круг, – упрашивала маму малышка, но мать с сожалением покачала головой. – На первый раз достаточно, мышонок. Это недешево, милая.

– Ну, пожалуйста, мама. Еще кружочек!

– В следующий раз, хорошо? – мать села на корточки и надела малышке варежки.

Я смяла бумажный пакет с миндалем и засунула его в карман толстовки. Вдруг мне стало холодно, и ветер принес уже не веселый смех, а крики пассажиров с башни падения. Я слышала лишь жуткие вопли, доносящиеся из «Пещеры ужасов», вместо радостных, оживленных звуков ярмарки.

Обернувшись, я увидела лицо жуткого оборотня. Темные тени тянули ко мне свои лапы, и я сделала шаг назад.

Мне не хотелось этого видеть. Очень быстро я развернулась к светящемуся тиру. Какой-то мальчик с надутыми губами яростно топнул ногой и бросил на пол огромного медведя, которого только что выиграл.

– Я хочу большой танк! – кричал он и бил маму по руке. – Большой танк! Большой танк! – громко повторил он свои требования. – Я не хочу этого дурацкого медведя! Я хочу танк! Сейчас же!

– Может, прокатишься еще круг на карусели? – попыталась успокоить его мать, но он испепеляющим взглядом все смотрел на тир.

– Дурацкая детская карусель! Дурацкий тир! Здесь все дурацкое! – проорал мальчик и засунул руку в карман куртки. Он бросил билеты маме под ноги и снова топнул ногой.

Я потерла веки и глубоко вздохнула. Мне стало неспокойно еще до того, как я направилась к ним. Мать мальчика наклонилась за билетами и небрежно засунула их в карман. Я нашла глазами девочку с белыми кудряшками.

Она держала маму за руку и, опустив плечи, следовала за ней. Ее полный тоски взгляд был прикован к вращающейся карусели. Очередной круг – очередное счастье для тех, кто мог себе это позволить. Так здесь было заведено…

Я приближалась к тиру, и с каждым шагом грохот в ушах становился все громче. Пульс ускорился, во мне проснулось что-то большое, сильное, темное. Быстро и умело я воспользовалась столпотворением на ярмарке, чтобы залезть в карман несчастной мамочки мальчика.

Моя рука молниеносно скользнула внутрь. Я нащупала ее кошелек, солнечные очки, шелковый платок. Но я искала кое-что другое. Как только пальцы ухватили круглые билеты, я постаралась незаметно вытащить руку.

– Извините! – промямлила я и опустила взгляд. Сиреневая прядь упала на лицо, я быстро отвернулась и исчезла в толпе. Первые снежинки, воздушные, как сахарная вата, опускались на землю. Я моргнула, когда одна снежинка попала мне на ресницы.