Благословенные монстры

На мгновение что-то в выражении лица Серефина изменилось:

– Когда-то давно я считал тебя другом. Прости. Это все, что я могу сказать.

Малахия прищурился, пытаясь оценить, насколько изуродовано лицо Серефина. Он выглядел плохо. Кожу покрывали длинные, засохшие порезы, повязка на левом глазу говорила о плачевном состоянии глазницы. Волосы отрасли так сильно, что теперь он мог завязывать их в хвост, а его черты омрачала сильная усталость.

– Все славки будут перешептываться у тебя за спиной, – сказал Малахия.

Губы Серефина тронула еле заметная улыбка:

– Кацпер не говорит мне, насколько все плохо, а это значит, что все еще хуже, чем я думал.

– У одной Стервятницы в моем ордене столько же шрамов, сколько и у тебя, а она сражалась с тремя лешими одновременно.

Спокойствие было нарушено странными звуками. Что-то неслось по лесу с пугающей скоростью. Серефин вскочил на ноги, а Малахия сел, но так и не поднялся с земли. Он обладал силой бога, так что его не особенно волновали ужасы этого леса.

А вот разъяренный транавиец уже немного настораживал. Он отпрянул от клинка, который нацелился ему в лицо.

– Кацпер! – воскликнул Серефин.

Но юноша не собирался останавливаться. Малахия бросился на другую сторону поляны, испугавшись, что, если даст отпор, Кацпер этого не переживет. Он не хотел давать Серефину еще одну причину убить его. Малахия поднял руки:

– Прошу, отзови своего генерала. Сейчас неподходящее время для драки.

– Я не генерал, – пробормотал Кацпер, и Серефин удивленно моргнул:

– Нет?

– Лейтенант.

– Нет…

Кацпер кивнул:

– Остия генерал. Ты повысил ее, но не повысил меня.

– Не может быть.

– Ты был очень пьян, когда назначил ее генералом.

Серефин задумался:

– Звучит правдоподобно.

«Угораздило же меня оказаться именно здесь», – устало подумал Малахия. Он начал ковырять гнилое пятно на дереве. Это не предвещало ничего хорошего. На самом деле, чем пристальнее он приглядывался к состоянию поляны, тем больше странностей бросалось ему в глаза.

Землю усеивали тела мертвых птиц. Повсюду валялись крошечные кости. С тех пор как Пелагея исчезла вместе со своей хижиной, вокруг стало подозрительно тихо. Даже несмотря на его шумную компанию, из леса должны были доноситься хоть какие-то звуки.

– А ты хотел бы получить повышение? – спросил Серефин, и Кацпер всерьез задумался.

– Я возвращаюсь в лес, – объявил Малахия. – Лучше попытаю удачу там.

– Стой, Малахия, – начал Серефин.