Благословенные монстры

До леса – до Калязина – он бы с легкостью разобрался с нападающими с помощью магии крови, выхватив лук из рук этой девицы и уйдя с ее деньгами, но теперь ему придется полагаться только на собственную хитрость. Какие слова могли бы заставить ее опустить оружие? Судя по внешнему виду девушки, она голодала большую часть этой долгой зимы.

– Возьми деньги и оружие, – сказал он более серьезным тоном. – Кольцо ничего не стоит. Это обычная железка.

Ее взгляд метнулся к руке Серефина. Кажется, его слова не убедили девушку, но отчего-то она улыбнулась.

– Возьмите их, – сказала грабительница. – Они нам еще пригодятся.

– Подожди, нет, я не… – но прежде, чем Серефин смог закончить, что-то острое укололо его в шею.

Он упал на землю без сознания.

Серефин очнулся с привкусом крови во рту и гудящей головой. Его одежда промокла насквозь, и он продрог от холода. Не успев собраться с мыслями, он инстинктивно открыл глаз, но тут же пожалел об этом и снова притворился спящим.

Они столько времени бродили по Калязину, но именно сейчас их решили похитить обычные бандиты? Эта история могла бы показаться забавной, не будь такой чертовски грустной.

Веревки на его лодыжках и запястьях стягивали их слишком туго, а конечности стали ватными от недостатка кровообращения. Неудобно, но вполне терпимо. Серефин с облегчением почувствовал тяжесть железного кольца на мизинце. Если девушка была в таком отчаянии, то почему не сняла печатку с его пальца?

С другой стороны, если бы она пребывала в таком уж отчаянии, Серефин был бы уже мертв, а не валялся бы на снегу, связанный и промокший.

Он попытался сесть, чтобы поскорее покончить с этим, но, услышав тихий шепот, решил переждать.

Но чем дольше он слушал, тем больше разочаровывался. Болтовня оказалась совершенно бесполезной. Одна из девушек жаловалась, что скучает по возлюбленной, которая осталась дома, в их деревне, а остальные нещадно подтрунивали над ней. Серефин мысленно вздохнул. А ведь он боялся, что их схватили калязинские разведчики.

Хотя это не объясняло, почему их взяли живыми.

Он приоткрыл глаз. Еще не стемнело.

– В Доврыбинске мы могли проводить вечера за сплетнями, как старые кумушки, – сказала девушка, которая ему угрожала, – но, если вы будете продолжать в том же духе, весь лес обрушится на наши головы. Не забывайте, что мы на земле кашивхесе.