Безжалостные боги

– Что ты от нее хочешь? – спросила она, словно Серефин ничего ей не рассказывал.

Надя сердито посмотрела на нее, а Стервятница в ответ едва заметно покачала головой.

Вот только помогала она или нет?

Надя медленно приблизилась к скрючившейся Жанете. И ее ужаснуло то, что удалось разглядеть под завесой свисающих кудрей.

– Мне сказали, что она предательница, – заявил Черный Стервятник.

– Сказали? – переспросила Надя. – Ты же был там.

На лице Черного Стервятника отразились задумчивость и смущение, а Живия выразительно посмотрела на нее.

– Что? – В этом единственном слове слышались нотки потерянного во тьме, сбитого с толку парня, но его тут же и след простыл.

«Перестань». Ей не следовало разделять их. Все эти личины и есть Малахия.

Надя пожала плечами. Ему явно хотелось спросить у нее что-то еще, но вместо этого он откинулся на спинку трона и нахмурился от легкого недовольства.

– Жанета? – отвернувшись, прошептала Надя, но побоялась дотронуться до славки.

– Вряд ли она знает свое имя, – сказал Черный Стервятник.

– Говори за себя, – пробормотала Надя.

Черный Стервятник изогнул бровь, а Живия прищурилась. Она вела себя слишком фамильярно.

Надя протянула руку и тут же вздрогнула, когда узловатые пальцы с зазубренными, обломанными ногтями сомкнулись на ее запястье, а занавес из волос скользнул в сторону.

– Ох, дорогая, что же они с тобой сделали? – прошептала она.

10

Серефин

Мелески

«Раздвиньте плоть, раздробите кости и посмотрите, что представляет собой бьющееся сердце существа, которое когда-то жило, а теперь уже нет. Велес – это хитрость. Велес – это терпение».

    Записки Влодзимежа

Серефин уже давно понял, что, когда Остия выходит из себя, это чревато последствиями, поэтому старался избегать этого любой ценой. Но чем дольше они разбирались с Малахией, тем больше появлялось предпосылок для неизбежного.

– Что значит, ты позволил ей уйти? – спокойно спросила Остия.

– Мы ведь не можем отправиться на штурм Соляных пещер, верно? – отозвался он.

Когда, проснувшись, они обнаружили, что Надя сбежала, Серефин испытал невероятное облегчение. Он чувствовал, что еще не готов встретиться лицом к лицу с Жанетой, и радовался, что Надя взвалила это бремя на свои плечи.

– Зачем ты позволил ей уйти? Чтобы она вернула Жанету?

Серефин кивнул, и Остия сверкнула глазами.