Безжалостные боги

– Вы с ней… – Она замолчала, не зная, как облечь в слова возникший в голове вопрос.

Рашид рассмеялся.

– Нет. Я бы не пошел на это. Да и не думаю, что я во вкусе Пардж. Моя семья была в долгу перед ее семьей, но я давно уже отработал его. Она похожа на холодную звезду, вокруг которой мы все вращаемся, но я все равно люблю ее.

Серефин внимательно посмотрел на Надю, и она задалась вопросом, что же такого ему сказала аколийка.

– Разве она не отомстила за сестру?

Рашид пожал плечами.

– Честно говоря, не знаю.

Вызвавшись первой нести караул, Надя потушила огонь, чтобы остались лишь тлеющие угли, а затем повернулась к нему спиной и поплотнее закуталась в китель.

Ее не следовало надевать его дурацкий китель. Но Надя не удержалась и уткнулась лицом в воротник, на котором все еще сохранился его запах, задаваясь вопросом, как скоро он выветрится. Ей не следовало думать о нем, ведь это только привлечет его внимание…

Надя вздохнула.

«А вот и ты».

«Ты где-то в другом месте», – в его голосе прозвучало любопытство.

И в этот раз его речь с самого начала звучала связно. Интересно, что это означало? Кем был Малахия и кем было чудовище?

«А ты находишься в том же самом месте. Это так скучно».

Она не сомневалась в своих словах. Живия сказала, что Малахия не покидал пещер. И это звучало душераздирающе. Одним из немногих его признаний, в истинности которых Надя не сомневалась, стало то, что он до ужаса боялся этого темного и ужасного места.

Она ощутила искры раздражения, исходящие от него.

«Не ожидала, что ты вернешься, – сказала Надя. – Ведь меня тщательно взвесили, затем измерили и посчитали непригодной. Боги, должно быть, очень неприятно для такого существа, как ты, наделенного подобием божественных сил, оказаться связанным со смертным, не владеющим магией».

Больше всего в этой связи – помимо всего остального – ее раздражало ощущение, будто Малахия находится совсем близко. Словно он сидит рядом, сгорбив свое сухопарое, худое тело и вытянув длинные ноги.

Но здесь, в темноте, спиной к угасающему костру, находилась лишь она.

«Не владеющим магией?» – Голос прозвучал озадаченно.

«Разве тебе никто не говорил, что я теперь не представляю большой важности?»

«Неверная оценка».

«А ты сам ее даешь?»

Она почувствовала, как, словно яркие язычки пламени, вспыхнуло его раздражение, и замолчала. Ей не следовало его дразнить. Но это оказалось так просто.