Безжалостные боги

Почему не получалось ничего вспомнить?

В голове мелькали какие-то обрывки, разрозненные кусочки. Но все они были неясными и запутанными. Ему удалось ухватиться лишь за одно воспоминание: Пелагея задала ему этот же вопрос, а Надя, нахмурившись, пыталась разобраться в вятчинском диалекте, что не получалось сделать с ее уровнем транавийского.

Надя.

Проклятье.

Седые кудри ведьма стянула в узел, отчего виднелись все морщинки на ее лице. А на шее висело ожерелье из зубов, которые клацали при каждом шаге.

Неужели это ее башня? Или они находились где-то в другом месте?

– Да, дорогой мальчик, могу сказать, что твой ответ прозвучал очень уверенно, хотя мне и показалось, что ты немного колебался, давая его. Так стоило ли оно того?

– Да, – твердо ответил Малахия.

Пелагея, не мигая, уставилась на него. И он замер под тяжестью ее пристального взгляда.

– Ты выглядишь по-другому, – вдруг бросила она.

Ему не хотелось знать, что это означало. Но он и сам видел железные когти на своих пальцах.

Малахия поднял руку. Под ногтями скопилась свежая кровь.

– Какое имя ты сейчас носишь, sterevyani bolen?

Он покачал головой и нахмурился.

– Меня зовут…

– Даже не пытайся, – тихо сказала ведьма. – Если ты и вспомнишь имя, то лишь на незначительную секунду.

– Малахия, – твердо ответил он. – Меня зовут Малахия Чехович.

На ее лице появилась печальная улыбка, которая всколыхнула в его груди гнев. Как она смела притворяться, что его выбор не имел для нее значения?

– Глупый мальчишка, – пробормотала Пелагея.

 – Зачем ты пришел ко мне?

Малахия закрыл глаза, чувствуя, как по телу расползается дрожь от ужаса. Ему следовало уйти отсюда. Взять то, что она дала ему, и бежать со всех ног.

– Этого недостаточно, – сказал он. – Думаю… Это не имеет значения. Чего-то не хватило. У меня почти получилось, но этого недостаточно.

Она фыркнула.

– Тебе никогда не будет достаточно, ведь так? Они слишком рано позволили тебе вкусить силы. Да и твоя семья с проклятой кровью.

Но ты же знаешь, конечно, знаешь. Это еще осталось в тех уголках души, которые ты крепко запер. Но что будет, когда у тебя ничего не останется? Ты уже на самом краю и скоро упадешь, а значит, не останется и кусочков, которые можно будет обменять на крохи силы. Что ты тогда будешь делать с магией, которой обладаешь?

Малахия открыл рот, чтобы заговорить, но ведьма перебила его:

– Ох, нет, нет, я все знаю, знаю. Ты же видишь.