Омега. Мир голу

А вот на появление войска голу, при их нападении, хорты не реагировали, как будто никого не было. Разборки разумных их совсем не тревожили.

Я ускорил шаг и принялся догонять Керка. Он ушел уже довольно далеко, пока я возился с хортом. Зак, в своем репертуаре, увязался за мной. Он, еще молодой хорт и я боялся брать его с собой в дальнюю дорогу. Сегодня нам предстояло пол дня идти по лесу. Затем пройти часть пути на лодке, а куда я умещу эту детину, который был мне по грудь в холке. Мне пришлось приложить массу усилий, чтобы отправить его обратно домой.

Я подружился с Заком пол цикла назад, он тогда был забавным пушистым комочком. Я сидел, как-то вечером у частокола и любовался закатом. Когда обратил внимания на то, что кто-то с маниакальным упорством, пытается устроиться рядом с моим бедром. Я повернулся и увидел маленький пушистый комочек, детеныша хорта. Он прижался ко мне и уже начал засыпать.

Мне так не хотелось его будить, что я просидел в неподвижности пару часов. И осторожно, чтобы не разбудить, поглаживал его.

Но потом заявилась его мамаша, она бесцеремонно растолкала его своим носом. Ловко подхватила его за загривок и унесла в свою нору. С тех пор мы регулярно с ним встречались. Как-только я выходил за частокол, он уже меня встречал у ворот, будто ему кто-то сообщал, о моем скором появлении.

Догнал я Керка только на границе леса. Пролетел по дороге, вдоль полей собирателей, как ветер. Даже дыхание свое сбил.

Бросил прощальный взгляд на поселок.

По среди полей собирателей, возвышался небольшой холм.

Сверху огорожен частоколом, над которым возвышалась крыша Большого зала, главного здания поселка.

На границе лес был чист, никакого бурелома. Все подобрано на дрова, только огромные стволы уходят ввысь. Тропа протоптана, не промочим ноги утренней росой. Вот часа через два-три тропки закончатся и начнется настоящий бурелом. Будем пролазить над и под упавшими стволами по пояс в мокрой от росы траве. В мокрых штанах, прилипающих к ногам.

На границе леса, мы разделись до гола, покрыли тела и свою одежду, соком вонючки. Я не помню названия этого растения и очень сомневаюсь, что кто-то помнил. Но все его называли вонючкой. Ее сок очень хорошо отбивал запах тела, но ее запах был вполне приятным. Тело после нее пахло утренней свежестью. Но при постоянном использовании, этот приятный, поначалу, запах казался тошнотворным.

Водянистое растение, словно лианы, свисали со стволов деревьев.