Омега. Мир голу

Вот он и стаю свою потерял.

– На, кстати. – И протянул ему верхний и нижний клык волка. Знак что добыча пополам.

– Не надо, ты за кого меня держишь щенок, думаешь у меня чести нет. Крокодила мы завалили вдвоем. Я без тебя не справился бы, а тут я как минимум, приманкой был. Не более. Ты сам его завалил, так что верхние твои. Нижние возьму, помощь в охоте тоже не зазорно. – Прокричал, возмущенно Керк.

– Ладно, ладно, не кричи, в лесу все-таки. Держи нижние. – Протянул я ему нижние клыки.

– А как ты ему чисто горло рассек, чистый рез, даже шерсть не помешала.

Она же плотная, не перерубить.

– Повезло просто, старался против шерсти удар завести. Удача меня любит. – С улыбкой отметил я.

– Будет нам теперь что рассказать в Большом зале, я очень рад, что ты сегодня был со мной. Думаю, что будь кто другой со мной, я бы не остался в живых. Удача тебя точно любит.

– Я тоже рад, что был с тобой. Больше из-за того, что поел крокодила, досыта наконец-то. – Улыбнулся я.

– Я думаю, твое предназначение охота.

Вечером это подтвердится. – Сузив глаза прошептал Керк, будто увидел будущее. Старосты не ошибаются.

Концентрация адреналина у Керка, похоже, так и не успела к этому времени упасть. Взгляд был немого странным, глаза расширены, бегают и странная жестикуляция, совсем ему не свойственная. Я уж не стал ему признаваться, что получилось отбиться мне совсем случайно. Все произошло, очень быстро. Я даже не успел осознать, как это произошло.

Немного успокоились и продолжили свой путь уже более осторожней.

Керк всю дорогу шипел от ран на спине, натираемые его ношей. Но далеко до заката, мы добрались до поселка. Вышли из лесу и нас встретили наделы собирателей. А в центре местами перепаханного пространства стоял изрытый норами хортов холм с частоколом. Над ним возвышалась только крыша большого зала, самая крыше в поселке.

02. Улли

Примерно четыре с половиной сезона дождей назад. Ночную тишину разорвал крик новорожденного голу, спустя несколько минут крик второго.

В глинобитной хижине на плетеной циновке лежала женщина голу и прижимала к груди двойняшек. Девочку и мальчика. Пыталась выбрать, кто из них останется жить. И взгляд ее все больше задерживался на мальчике. Это и хороший, сильный работник и охотник. Мать с трудом могла прокормить себя, жила впроголодь и не рассчитывала поднять на ноги двоих. Поднять бы одного, и то была бы радость. Смотрела на сына, он напоминал ей мужа, сгинувшего в лесах.