Таежные шарады

Отверженный попробовал засохшие пятна языком и объявил, что кровь человеческая. А откуда появились свежие подпаленные места на дубине, я сразу понял: именно ей, а не палкой убийца выкатывал небесный камень из воронки… О, недостойный Зуб Оленя, как ты мог поднять руку на своего покровителя!

– Чужая дубинка, – продолжал упорствовать Зуб Оленя. – Моя дубовая, а эта из сосны.

Да, я помнил это. Кто же поменял дубинку в хижине Зуба Оленя? Мы вновь начали обход жилищ, и вскоре Зуб Оленя узнал свое оружие. Оно нашлось у Серого Лиса… Но ничтожный охотник не желал признавать вину.

– О, мудрейший Белый Орел! – стонал он. – Неужели я посмел бы поднять руку на достойного Сына Зубра? Да и силы у меня не те… Да, виноват! Я увидел в своей хижине окровавленную дубинку и испугался. Зачем мне ее принесли? И решил: пусть лучше думают на Зуба Оленя. Всем будет понятно, что он захотел состязаться с Хитрым Филином за право быть вождем и убил своего друга. Да, я подлец, но не убийца!

– Вы мне надоели – оба! – зарычал я, хотя кривил душой: даже убийца Зуб Оленя остается моим, хотя показывать это не принято.

Было видно, что оба испугались. Все племя уже собралось вокруг нас, но в Священную Пещеру я не мог взять всех при всем желании – места не хватит. Со мной пошли обе жены и два охотника, обнаружившие с Зубом Оленя погибшего Сына Зубра. Поддержать Серого Лиса потянулись, конечно же, Хитрый Филин и трое его друзей, столь же туповатых и недалеких.

И тогда мне лучше будет умереть. И так задержался я на белом свете – из моих ровесников никого уже не осталось, только Черная Кобылица того же поколения – снегов на пять меня моложе. У входа в пещеру под изображением белого орла я после каждого схода снегов добавлял палочку – так учил прежний жрец. Когда Великий Дух призвал его к себе, напротив изображения Могучего Лося накопилось столько палочек, сколько пальцев на трех парах рук.

Охотники зажгли факелы, и мы двинулись по туннелю в глубь скалы. И вот он – вход в Священную Пещеру, закрытый камнями. Охотники разобрали завалы, и я велел всем остановиться. Прошел один в туннель и стал искать длинный конский волос – я всегда привязываю его в конце входа.