Смерть цвета бейсик

Купил – тоже не совсем точно, правильнее сказать забрал, закрыв долги перед банками и самим собой. Как раз настали плохие времена, в смысле, тогда казавшиеся плохими, что такое по-настоящему плохо, нам еще предстояло узнать.

Дом был безнадежен. Никакие косметические и хирургические вмешательства не смогли скрыть ни восхищения заказчика флорентийскими палаццо, ни недовольства их скромностью.

Катя ненавидела любые интерьерные излишества. За пределами музеев капители, колонны и лепнина до дрожи ее раздражали, а дяде Мише не хватало решимости выбросить дорогостоящие заказные завитушки.

Впрочем, это ничего бы не дало, Катя была плоть от плоти питерского центра, она в принципе терпеть не могла загородную жизнь. Ее интерес бился здесь, между премьерами, выставками, спектаклями и болтовней, уже не казавшейся мне такой высоколобой, как много лет назад.

Бабушка с дедушкой как умели заманивали к себе внука, а теперь внучку. Огромный бассейн с горками и пузырьками сохранился еще с Мишиного детства, невероятная детская площадка обновлена и расширена, теперь добавились лошади.

Если так пойдет дальше, дело дойдет до каруселей и американских горок. Они, казалось, и не вспоминали, что Настя им не родная.

Я покорным грузом долгие годы перемещался между двумя домами, следуя за победами и поражениями, и в результате потерял всякое представление, где у меня что лежит.

– Даже не знаю, как быть. Мы ведь хотели за туфельками зайти, – не сдавалась Катя.

– Да! Папа, я хочу малиновые на маленьком каблучке, – Настя обрушила на меня подробности.

– Девушка, как там с пастой? – последнее время хотя бы в самых модных ресторанах начала проходить мода на дронов-официантов.

– Сейчас спрошу. Одну минутку.

– У нас в четыре рисование. Если потом пойти по магазинам, то к лошадкам уже будет поздно ехать.

Настя закусила губу, точь-в-точь как дядя Миша, на лице отразилась тяжелая внутренняя борьба. Она даже опустила ложечку грушевого мороженого, из-за которого, собственно, они и обедали в «Чиполлино» чуть ли не ежедневно.

– Мама, давай сегодня к лошадкам, а в магазин завтра?

– Не выйдет, солнышко, завтра у тебя теннис, потом музыка, а вечером мы с папой идем в театр.

– Да-а?

– Я тебе говорила, у Нилова премьера.

– Может, подождем с лошадками до выходных?

Я был убежден в исходе, но не угадал.

– Нет, к лошадкам. За туфельками можно потом или на выходных с бабушкой. – Вид у ребенка сделался совершенно несчастный.