Поймать людоеда

Я же оставил Олесю на заднем сидении одну, а сам сел впереди. Пока Макс был в соседнем агрогородке, другой экипаж милиции прибыл к тёте погибшего мальчика после нашего звонка местным из Воложина. Её отвезли в морг, где она дожидалась тело погибшего мальчика, что доставляли из Минска, когда закончили с экспертизой. После того как она забрала тело, на специальной машине, выделенной местной администрацией Воложина, они направились обратно в Михайловщину.

– Почему мы не можем наблюдать где-нибудь рядом с домом его? – обратился Макс.

– Скажем так, отсюда вид лучше, – ответил я, поглядывая в бинокль в сторону дома Бушкевичей.

– Вид здесь и правда лучше. На холме среди опушки. Только какой вид ночью? Только фонари уличные да свет в окнах, – ответил Макс.

– Мне нужен только вид на окна и крыльцо дома Бушкевичей, – ответил я.

Мы сидели в машине. Постепенно в соседних домах уже гасили свет, но в доме Бушкевичей по-прежнему он был зажжён. Тем временем подходило к полуночи.

В лесу у кладбища вдруг показалось движение.

– Видел это? – обратился Макс, пальцем указав в сторону кладбища. – Призраки видать.

– Не неси чушь, – ответил я. – Пойду проверю.

– Погоди. Смотри, – начала Олеся, тоже заметив движение, но уже на дороге.

Я вглядывался в темноту. На дороге и правда было движение. Несколько силуэтов двигались в сторону кладбища.

– Макс. Следи за домом. Заметишь движение, моргни фарами, – произнёс я, после чего вышел из машины.

Олеся направилась за мной.

Мы взобрались на небольшой холм за машиной, откуда открывался вид на кладбище. Тени двигались среди могильных камней. Ни света, ни голосов. Только движение. Я присел, и стал ждать, что же будет дальше. Олеся оглядела округу, и села в траву, рядом со мной.

– Илья, – начала вдруг она.

– Что?

– Ты думаешь Бушкевич убил мальчика? – спросила она.

– Не знаю. Захаренко утверждает, что Бушкевич вернулся относительно недавно из психиатрической клиники.

– Почему Паиков скрыл его освобождение? – спросила Олеся.

– Может Бушкевич и не от Паикова освободился. В стране много таких клиник и больниц, – предположил я.

– Допустим Бушкевич убил мальчика, почему он не спрятал тело? Почему бросил на дороге? – продолжала Олеся.

– Скоро узнаем, – ответил я.

Олеся немного помолчала.

– Знаешь. Полковник сказал, что ты отличный следователь. Он просил не говорить тебе этого, чтобы ты не расслабился.