Сокровища Анны Моредо

 – А как же я? Это сокровища моей семьи!

– Это не доказано! – ответил ему мгновенно набычившийся Хосе. – Я не дурак, я понял, что говорит адвокат!

– Брат! Бедный брат! – на всякий случай опять завела свою мантру полячка.

– Синьоры! Сеньорита! Я прошу вас, успокойтесь! Не просить же мне вмешиваться комиссара! – попросил адвокат и такое увещевание подействовало.

Обиженные друг на друга претенденты, взяв себя в руки, расселись по местам.

Молина, тем не менее, улыбался. На встречу он пришел с готовым, и скорей всего устраивающим большинство сторон, решением.

– Как видите, до окончания спора нам довольно далеко, – приступил он к его изложению. – Тяжбы, которые можно себе представить по этому делу, а я могу, я юрист, могут длиться годами. Если не десятилетиями. Поэтому, учитывая большую стоимость клада, которой, в принципе, достаточно, чтобы удовлетворить запросы не одного лица, а сразу нескольких, я бы предложил следующее. Поделить найденное примерно в таких пропорциях…

Все в кабинете превратились во внимание.

– Положенную за нахождение часть клада, которая составляет немалую сумму, отдать в равных долях сеньорите Петржак и синьору Родригесу. А оставшуюся сумму разделить поровну между всеми остальными претендентами.

– Я согласен! – быстро сказал Сильвио. – Это ускорит процесс, а большего мне не надо.

– Если все так решат, я думаю, мы с отцом не будем спорить, – высказался Энтони Макгиннел.

– Синьора Моредо?

– Делайте, что хотите! Мне неприятно все это обсуждать и во всем этом участвовать. Я доверяю тебе, Адриан. Если ты говоришь, что так справедливо, пусть так и будет.

Хосе Родригес, тем не менее, разволновался:

– А сколько это – наша часть?

Адвокат написал в углу листа сумму и показал ее рабочему и, заодно, Агнешке Петржак.

– Приблизительно, – пояснил юрист.

– Немало, – согласился Хосе. – Но сколько получат остальные?

– Больше, – уклончиво ответил адвокат.

– Бедный брат, – вздохнула Агеншка.

– Несет обманом, – мнительный усач все еще сомневался. – Надо бы подумать.

– «Подумать!» – буркнул Саласар, выливая остатки графина в стакан. – Моя семья заплатила за это жизнями, ты же просто пару раз махнул лопатой! Совесть спать по ночам позволит?

Родригес осклабился:

– Я шесть лет живу в соседней квартире с Исабель Фернандес. Через тонюсенькую стенку от всей ее детской оравы.