Другая Блу

Вдруг я почувствовала, как кто-то вцепился мне в волосы и потащил из воды, а потом уронил на пол ванной, несколько раз стукнув по спине. Я кашляла и отплевывалась, пикируя вниз, с неба на землю.

– Какого черта, девочка?! Ты напугала меня до смерти! Что ты пыталась сделать? Ты что, заснула? Черт возьми! Я думал, ты умерла!

Парень Шерил, Донни, согнулся надо мной. И вот он уже обшаривает меня взглядом, тут же прекратив свое бормотание. Я подтянула ноги к груди, прикрываясь, отползая в укрытие между туалетом и дешевым шкафчиком под раковиной.

– Ты в порядке? – Он подобрался поближе.

– Уйди, Донни, – приказала я, но из-за сотрясающего меня кашля прозвучало не так убедительно.

– Я просто пытаюсь тебе помочь. – Донни не отводил взгляда от моих мокрых ног, единственной части тела, которая была ему видна. Все, что мог, он уже увидел, когда вытаскивал меня из ванны. Я сжалась, стараясь уменьшиться, насколько было возможно; волосы прилипли к коже длинными тонкими прядями и ничего не прикрывали.

– Ну что ты, девочка, – уговаривал он, – думаешь, меня волнуют твои кожа да кости? Господи! Да ты выглядишь как намокший птенец!

Он встал, взял полотенце и передал его мне, после чего с тяжелым вздохом вышел из ванной, показывая, насколько смешными он считал мои страхи. В полотенце я закуталась, но из своего уголка не вылезла. Вдруг мне стало так тяжело двигаться. Тяжело даже бояться Донни.

До меня донеслись звуки разговора. Наверное, он позвонил Шерил. Она этому вряд ли обрадуется, ему пришлось вызвать ее из казино.

Прозвенел звонок. С благодарностью я отбросила карандаш и схватила сумку, отталкивая задание, будто это была не бумага, а раскаленные угли.

– Просто оставьте работы на столе. Я сам их соберу! – предупредил нас Уилсон, чтобы не быть снова погребенным под горой тридцати листов бумаги.

Он молча собрал оставшиеся листочки и остановился, подойдя к моей парте. Я наблюдала за ним, пока он читал единственную строку, которую я добавила. Он вопросительно взглянул на меня.

– Вы не так много написали.

– Рассказывать особо не о чем.

– Почему-то я в этом сомневаюсь. – Уилсон снова взглянул на мою работу. – То, что вы написали, звучит почти как… легенда или что-то в этом роде.