Токио. Долго и счастливо

– Не припомню, чтобы об этом говорилось в твоем списке предпочтений. – Точно. Зато я перечислила некоторые десерты, с которыми у меня серьезные отношения. Хмурясь, он смотрит на свой бокал. – Отцу не следует читать на бумаге о том, что нравится его ребенку. – Его голос звучит тоскливо, покинуто. Интересно, он злится на маму? – Я бы предпочел услышать твои ответы, чем прочитать их. Чем ты увлекаешься?

Просмотр «Настоящих домохозяек» считается?

– Да так, балуюсь разными вещами, но пока ничего серьезно не зацепило.

– Твои кузины Акико и Норико выращивают шелкопрядов, – говорит он о принцессах-близнецах. В монарших биографиях женщин сначала указываются увлечения. – Сачико любит альпинизм. Управление Императорского двора впало в истерику из-за принцессы в брюках карго. Чересчур новомодно. – Он улыбается, глядя на меня поверх стакана, так, словно это шутка для посвященных.

В лучшем случае ниже среднего. Но мой отец – наследный принц, поэтому правду я немного приукрашу.

– Отличные. – Настолько хороши, что я смогла поступить в два общественных колледжа и одну государственную школу. Пью сидр, чтобы не вдаваться в подробности.

– Ты поддерживаешь свою комнату в чистоте? – Он кружит напиток в бокале.

Да от моей комнаты тебя замучают кошмары в стиле «я задохнулся в горе мусора».

– Думаю, я довольно аккуратна.

Его грудь раздувается от гордости.

– Ты похожа на меня. В детстве я был очень организованным. – Он внимательно смотрит на меня. Вдруг понимаю, что тоже страстно желаю узнать о нем побольше. Вопросы так и лезут сами собой. Каким еще он был в детстве? Он попадал в переделки? Пожалуйста, хотя бы раз. Но он первым прерывает тишину, как бы с неохотой произнося: – А как твоя мама?

Кручу в руках свой бокал.

– Хорошо. Все еще не замужем. – В моих глазах мелькает огонек. Ноль реакции. Что ж, кажется, в моем случае классический план «Ловушки для родителей» не сработает. Ладно, я справлюсь. У меня был проблеск надежды, что мои родители вновь будут вместе, влюбятся друг в друга и поженятся. Девушки могут позволить себе мечтать.

– Она все еще коллекционирует кружки?

– Да, – тепло отвечаю я. – На ее любимой написано «Йети тоже не верит в тебя».