Любимый незнакомец

Трубы пока не замерзли, но в котле нет ни капли горячей воды.

В конюшне нашлись две лопаты для уборки снега и дрова или, точнее, аккуратно сложенный плавник, какие-то палки, поленья, доски от упаковочных ящиков. Наверное, Дани копила все это на всякий случай. Интересно, понимают ли ее тетки, как им с ней повезло.

Он принес в дом охапку дров и принялся чистить подъездную дорожку, шаг за шагом, раскидывая снег по сторонам.

Дани позвала его обедать, но ему не хотелось уходить и потом начинать все заново. Разгребать снег было нелегко, но зато он хоть чуточку согрелся.

Через двадцать минут Дани вышла к нему, волоча за собой вторую лопату. Он велел ей возвращаться обратно в дом.

– Я сам справлюсь, – сказал он.

– А я вам помогу, – весело ответила она и тут же взялась за дело. Она двинулась в противоположную сторону, и теперь они разгребали снег от входа в дом к разным краям дорожки. Она явно занималась этим не в первый раз.

– Обычно вы сами тут все расчищаете? – спросил он.

– Нет. Обычно я зову Генри Рауса и плачу ему за работу.

Мэлоун протянул руку, словно они только познакомились, но Дани стояла слишком далеко и не смогла бы ее пожать.

– Майкл Мэлоун, ваш новый снегоуборщик. Приятно познакомиться.

Спустя несколько минут она, словно извиняясь, заметила:

– С такой скоростью вы толком не согреетесь. – Дыхание обращалось в пар и зависало в воздухе у ее лица, не давая забыть о том, какой сильный стоит мороз.

– Да, вы правы.

– Наверное, вам непросто привыкнуть к Кливленду. Скажите, а на Багамах красиво? Когда-то мне попалось в руки несколько фотокарточек оттуда. Не могу представить себе, как там на самом деле. Я никогда не видела океан. И пальмы. И розовый песок. Это правда, что песок на Багамах розовый? – Она проговорила все это мечтательным голосом, но он тут же перестал разгребать снег.

– Как вы узнали, что я был на Багамах? – Об этом не знал никто, кроме его начальника, Элмера Айри.

– Наверное, вы сами обмолвились, – ответила Дани, не прекращая раскидывать снег.

Он ни о чем таком не мог обмолвиться. Ни при каких обстоятельствах.

– Мое пальто вам рассказало? – ошеломленно спросил он.

Она утерла нос, не глядя ему в глаза:

– Возможно.

– Возможно, – шепотом повторил он и снова принялся за работу. Он был так потрясен, что забыл о холоде.