Жаркие ночи

Клаудия никогда не была плаксой, живая, веселая, энергичная.

Как солнечный зайчик.

Он виноват, что она льет слезы.

Люк покачал головой:

– Нетушки, извините, не могу.

И ушел. Все следили за тем, как он поднимается к Клаудии.

Эйвери вздохнула:

– Думала, он умнее.

Джона обнял ее за плечо, прижал к груди.

– Даже умный мужчина может сглупить, если дело касается женщин.

Она улыбнулась и тоже обняла его.

– Это верно. Вы бываете довольно тупыми.

Джона хмыкнул и чмокнул ее в висок.

– Это плохо кончится, правда? – спросил Сайрус сестру, потрясенный, что кто-то может пойти против желания Клаудии.

Айсис кивнула:

– Ему конец.

Ноги сами привели Люка к двери номера «Копакабана» – люкса, где Клаудия жила с родителями с шести лет. Он и его родители жили рядом, в люксе «Тадж Махал». Прежде чем постучать, он засомневался: вдруг она тут больше не живет. Может, перебралась в более скромный номер, когда родители уехали.

Но мысли быстро улетучились.

Он постучал. Ответа не было.

Он снова постучал. Громче. Все равно ответа не было.

– Клод, я знаю, ты здесь. Открой.

Ответа не было.

– Я могу целый день стучать, – пригрозил он, несмотря на то что падал от усталости. – Я сяду здесь и буду ждать, когда ты выйдешь. Когда-то ты ведь все равно выйдешь. Могу просидеть здесь целую неделю, тебе придется смириться с этим.

Никакого ответа. Дверь не открывалась. Люк вздохнул и, опираясь спиной о темную, крашенную под мрамор дверь, скользнул вниз. От усталости он не мог больше стоять. Несмотря на роскошь бизнес-класса, он почти не спал в самолете, беспокоился о курорте, о Клаудии.

Люк закрыл глаза и потер лицо руками, ощупывая пробивавшуюся щетину, хотя он успел наспех побриться в самолете. Обычно он был безупречно выбрит, и сейчас ему стало неприятно и хотелось немедленно что-то с этим сделать.

После душа. И после сна.

На самом деле его беспокоил весь его вид. Рукава небрежно засучены, три верхние пуговицы расстегнуты, дорогая деловая рубашка влажная от пота, а на босых ногах остались следы песка.

Люк гордился своей внешностью. Он считал, что она во многом помогает ему добиваться успеха. Если у вас вид профессионала, то клиенты охотнее расстанутся со своими деньгами.

Он снова постучал в дверь.

– Клод.

Никакого ответа.