Проснись. Пожиратель душ

– Возможно, – произнесла без особого восторга Аврора, – А мне-то какое дело до него. Все они общаются лишь ради вежливости. Встретил, наверно, случайно меня здесь, вот и решил заговорить. Хотя я так и не поняла, что ему от меня было нужно.

– Ну, не знаю… Что-то ты чрезмерно пессимистично настроена… Ой, – неожиданно поморщилась она, будто неудачно присев после всех своих ёрзаний на диване, – Кто только его сюда положил!? – возмутившись, коллега извлекла камень – виновник её боли, – Это твоё? – зачем-то решила спросить недоумённую Аврору, – Или, может, это он оставил? – и кинула недовольный взгляд на входную дверь.

Она грубо положила этот обломок камня на стол. Тот был размером примерно с кулак, длиной около семи сантиметров, переливающийся и покрытый крошечными, чёрными кристалликами. Похож на гематит.

– Давай его мне, я полагаю, что мы с ним ещё встретимся. Должен же он подойти за своей картой, которую заказал у нас, – Аврора взяла булыжник из рук коллеги и положила в карман пальто, боясь, что недовольная девушка выкинет его от злости, а он в самом деле окажется потерянный этим парнем.

– Удачи с Виктором, – подмигнула ей коллега, – А ты что всё уже? – добавила она огорчённо.

– Ну… – Аврора потупила взгляд, – Да, я, пожалуй, пойду обратно на работу. А то перерыв скоро закончится, а там ни тебя, ни меня… А ты оставайся, поешь, – снова так же учтиво, как и всегда, улыбнулась ей она и поспешила к выходу.

Его неуместные вопросы взбудоражили уснувшее болото души.

Вся её жизнь и так не клеится, и, кажется, что всё идёт не туда. Другие люди вполне довольны… А она, как самая неудачница, осталась одна без места в этом мире. И теперь сгибается, как соломинка на ветру, меняя каждый раз работу, не задерживаясь особо нигде больше, чем на два месяца. А может, всему виной смерть матери, ведь тогда она потеряла и частичку себя…

«И это всё?» – его слова звучали в голове на протяжении всего дня, разговаривала ли она с клиентами или общалась с коллегами, – «Тебе здесь нравится?» – доносилось из глубины души.

Он как будто подлил огонь к её без того уже депрессивным, утренним мыслям.

«Как можно мечтать об этом?!» – кричала она про себя, – «Это скорее необходимость. Ему, конечно, не понять жизни простых смертных, кому приходится с трудом и потом каждый день выполнять свою работу, чтобы иметь, где жить, что есть и во что одеться» – ругалась она, хотя блондин давно уже ушёл и совсем не слышал её.