Тёмный рассвет

Ещё не до конца проснувшись, он зацепился ногой за мусорную корзину, стоявшую почему-то посередине спальни, и, с трудом преодолев это препятствие, наконец очутился в коридоре. Там было темно. Яркий свет горел лишь в гостиной, оттуда и доносились вопли. За ним увязалась Джина. Но, подбежав к гостиной, она вдруг остановилась и угрожающе заворчала. Майлз шагнул в гостиную и застыл в дверях, с ужасом взирая на происходящее. Он вдруг понял, что с этого момента его жизнь изменится навсегда. Парадная дверь была раскрыта настежь, и холодный воздух вашингтонской ноябрьской ночи лился в зал.

Отец в пижаме крепко обнял мать, которая вырывалась из его рук, пытаясь сдержать рвущийся из груди крик, словно стремясь убежать, и всё время сдавленно орала. У входа стояли четыре человека: двое копов – девушка и парень, – рейнджер Национального парка и Сильвион Уил.

Сильвион! Парень его сестры Мелони. Озарение пришло так быстро, что Майлз вздрогнул, как от удара. Его сестра погибла.

Глава 2

Майлз услышал, что у него за спиной опять зарычала Джина.

Но никто и не взглянул на них.

“Почему я так спокоен? – думал Майлз – Со мной что-то не так. Я даже не заплакал”.

Он с абсолютной ясностью осознал трагедию, но чувства молчали. Миг спустя волна адреналина, которой Майлз так боялся, нахлынула на него. Лицо запылало, по коже с болезненным покалыванием побежали мурашки. На Майлза накатил приступ дурноты, и пол начал уходить из-под ног.

Он тупо твердил про себя:

“О, пожалуйста! Пожалуйста, пусть это окажется неправдой.

Возможно, она просто ранена. Тогда всё не так страшно. Конечно, случился несчастный случай, и она ранена. Только бы не мертва!”

Нет, если бы сестра была жива, мать не стояла бы тут и не орала так страшно.

Она бы уже мчалась в больницу, и никто не смог бы её остановить.

Зацепиться за спасительную мысль не получалось. И сознание Майлза заметалось, как испуганный зверь.

“Пожалуйста, пусть это будет неправдой”, – снова и снова, как заклинание, повторял он.

И вдруг ему показалось, что он нашёл решение и всё ещё можно исправить.

Нужно лишь незаметно вернуться в комнату, забраться назад в кровать, укрыться с головой одеялом и зажмуриться… Но как же мать? Майлз не мог оставить её одну. Теперь, когда мать обессилела и затихла, Майлз услышал голос папы – чужой, полный отчаяния и срывающийся.

– Почему вы не оповестили нас, что собираетесь в горы? Вы пошли туда на Хэллоуин, значит, прошло уже шесть дней.