Рыцарская сказка

Грифо и Асимарг, упершись плечами в стены, держали Эжена на весу в воздухе. Рейнхольд выглянул в окно и остался доволен, увидев слугу, дергающегося на веревке, как рыба на крючке, только в отличие от рыбы он не безмолвствовал, а кричал с выражением.

– Раз дар речи обрел, значит, прочухался. Тащите назад, – пока слугу втаскивали обратно, он оглядел комнату и увидел в углу бочку с дождевой водой, которую слуга подставил под протекающий потолок.

Едва Эжен стал подниматься с колен, Рейнхольд опрокинул на него бочку с водой.

От истошного крика, казалось, задрожали стены, даже Рейнхольд от неожиданности выронил бочку прямо на ногу Эжену, и крик повторился.

Когда Эжен поднялся на ноги, Рейнхольд несколько раз наотмашь хлестнул его по лицу, но не сильно, опасаясь снова отправить его в бесчувственное состояние. После пятого удара хмель окончательно выветрился из головы слуги, и он уже сознательно рухнул на колени со словами:

– Прости меня, господин.

Рейнхольд не удержался и пнул его ногой:

– Вставай, скотина.

Тебя будут сечь, пока кнут не превратится в мочалку. Но это будет потом, если ты сегодня выживешь.

– Прости, господин, – причитал Эжен, но как-то неискренне.

– Пошли! – скомандовал Рейнхольд.

– Куда прикажет господин? – спросил Эжен.

– Я хочу осмотреть комнаты для гостей, нам скоро принимать принца.

– Так это, пусть принц их и осмотрит, а нам туда лучше не соваться, – робко возразил Эжен.

– Ты мне еще советы давать будешь? – повысил голос Рейнхольд.

 – Прикажу, и сам полезешь во все комнаты.

Эжен уже был готов опять пасть на колени, но Рейнхольд толкнул его к двери.

– Пошли, у меня скоро терпение лопнет.

Пока они шли по коридору, Грифо решил напомнить всем, что он не пустое место, а управляющий замком.

– Скажи, пьянчуга, давно у вас здесь ничего интересного не случалось? – спросил он подчеркнуто пренебрежительным тоном.

– А это смотря какой у тебя интерес: ежели к женскому полу, так его здесь не бывает, а, может, к жестокостям каким – этого хоть отбавляй.

Взять хотя бы Ватрена, помнишь такого? По твоему приказу запороли его до смерти, так я его недавно встретил здесь. Бледный, тощий, весь просвечивает. Пролетел надо мной, ну я его окликнул, а потом сам пожалел. Злой он уж больно стал, сам говорит, а глазами съесть готов.

Хорошее настроение Грифо приказало долго жить. Охватившая его злость рвалась наружу.

– Почему здесь кто-то летает? – слова путались в голове у Грифо.