Моё чудовище

Потом, когда приходил в себя, Игнату и правда становилось стыдно, он обещал, в основном мысленно себе, но иногда даже вслух, что подобного больше не повторится, что исправится, но стоило выпить хоть маленько, и мозг моментально отказывал, и всё повторялось. Ровно до того момента, когда тётя Лена попала в больницу с сердечным приступом и её с трудом откачали.

Он даже не сомневался, что это из-за него, что он – неблагодарная свинья. А ведь только это и удержало, и помогло, что у тёти Лены тоже больше не было никого, кто бы мог о ней позаботиться.

И теперь пришлось Игнату – ходить к ней в больницу, зарабатывать на лекарства, делать всё по дому, даже готовить, потому что она быстро уставала и начинала задыхаться, пока более-менее не поправилась.

Да и таким, как сейчас, он стал только потому, что когда-то ей действительно от души поклялся. Что не сопьётся. Что не повторит судьбу родителей. Что сам сделает из себя человека. Такого, чтобы тётя Лена могла если и не гордиться, то хотя бы не жалеть, что когда-то не прошла мимо, не сделала вид, будто в упор не замечает мальчишку, скрючившегося на асфальте возле глухой бетонной стены.

Глава 4

– Да знаю, конечно, – согласилась Юля. Она ведь и сама с мужем не от хорошей сытой жизни сбежала из родной страны, не взяв с собой почти ничего. – Но всё равно. – Вздохнула и призналась: – Если честно, я её просто боюсь. Вон она какая. С мужиками в драку полезла. И не просто так, исключительно ради участия. Вы же сами сказали, если бы не она…

– Ну вообще-то она не с голыми руками, – добавил подробностей Дымов.

 – Железяку какую-то подобрала.

Но получилось не оправдал, а сделал только хуже.

– Господи! – поражённо выдохнула домработница. – Ещё не легче. – И обеспокоенно предположила: – А если ночью, пока мы спим, она вон нож на кухне возьмёт и всех нас прирежет? Совсем ведь, похоже, отмороженная. Ещё и выпивает. Вот поймает «белку», и кто знает, что ей тогда в голову придёт. Или обворует. Раз жить негде, то наверняка и без денег.

Утром проснёмся, а её нет. И чего-нибудь ценного нет. – Она перевела дух, вывалив все свои гипотезы, и заключила: – Может, запереть её хотя бы? Та же комната вроде с замком.

Дымов торопливо дожевал отправленный в рот кусочек мяса, усмехнулся и предложил:

– Юля, ну если так опасаетесь, у вас же тоже дом запирается.

– Запирается, – подтвердила она, но сразу уточнила: – А вы тут один останетесь? С ней? Может…

Скорее всего, опять хотела предложить услуги Игоря.