Ключ от твоего сердца

Да ей уже не настолько и холодно – потому что рядом с ним у неё всегда полыхали щёки, и кровь словно закипала, разнося по телу миллионы восторженных искр.

– Идём, – повторил Мэт с настойчивым напором, и, хотя одну её руку отпустил, зато вторую сжал крепче, потянул за собой, а Соня не стала возражать и сопротивляться, послушно двинулась следом.

Кондитерская и правда располагалась совсем рядом: небольшая, но очень миленькая, наполненная приятными ароматами выпечки и уютным домашним теплом.

– Садись, – распорядился Мэт, выбрав самый уединённый столик в углу.

– Выбери ты, – откликнулась Соня, и пока Мэт стоял у прилавка, без стеснения рассматривала его, поставив локти на стол и подперев ладонями подбородок, и, кажется, довольно улыбалась, если не внешне, то внутренне точно.

А вернувшись к ней, он сел не напротив, а рядом, сначала на расстоянии, но словно по волшебству оно постепенно сокращалось и сокращалось, пока они не соприкоснулись коленями и локтями, как раз в тот момент, когда Соня подносила ложку с кусочком шоколадно-вишнёвого торта к губам Мэта.

Вообще-то Соня планировала съесть этот кусочек сама, но даже донести до рта не успела. Мэт воскликнул:

– Стой-стой-стой! – перехватил её руку, направил в свою сторону: – Я тоже хочу попробовать. Угостишь?

Конечно.

Потом Мэт её аккуратно обнял, прислонил к собственному боку, и дальше они так и сидели, тихонько переговариваясь и смеясь, глядя друг другу в глаза.

Взгляд постоянно, независимо от её воли, соскальзывал вниз по Мэтовой щеке, словно ей не только хотелось услышать его слова, но и увидеть: как они появляются, как поднимаются уголки рта, как шевелятся губы, то чуть сжимаясь и округляясь, то растягиваясь и приоткрываясь. И у неё сердце замирало каждый раз, когда вдруг представлялось, что ими можно не только разговаривать.

Соню так и тянуло попробовать, как это было бы, особенно, когда она замечала, что взгляд Мэта тоже спускался к её губам. И, такое впечатление, что из кафе они ушли именно за этим – чтобы, спрятавшись в густой темноте осеннего вечера от посторонних глаз, наконец-то поцеловаться.

Они стояли на набережной. Сейчас народу там почти не было: уже никто никуда не спешил, подгоняемый деловой суетой дня, да и просто прогуливающихся оказалось не так много.