Я тебя не отпущу…

Школу я закончила в шестнадцать, и мама отправила меня сюда к бабушке, поступать в университет. Здесь я познакомилась со своим бывшим мужем, и мне стало не до отца. А потом я узнала, что и мама вышла замуж. Правда, спустя пять лет она умерла после операции от менингита. А я даже и не знала, что она болела сильно. Мне её муж позвонил, сказал, что она в больнице, простудилась очень сильно, её положили и срочно прооперировали. А она после операции так в себя и не пришла. Умерла на третий день. Моей дочери уже тогда пять лет было, – с тоской в голосе вспоминаю я.

– Тяжело хоронить близких, – грустно вздыхает Мистер Икс. – Я тоже отца похоронил пять лет назад. Хотя он с нами и не жил: они с матерью развелись, когда мне было всего три года. Однако отец все равно был со мной близок, и мы с ним очень часто виделись.

– Соболезную, – я неосознанно глажу мужчину по руке, а он тут же перехватывает мои пальцы и легонько сжимает, грея в своей ладони.

– Ничего, я уже успокоился… почти. Его ведь убили.

– Как! Почему?

– Осудили его бывшую жену, якобы за самооборону. Ей дали условно пять лет, – вздохнув, неожиданно начинает рассказывать Мистер Икс. – Хотя я не уверен, что это вообще была она. Мне кажется, что здесь замешана политика. А Полину просто припугнули, вот она и наговорила в суде всяких гадостей про отца. Что он якобы её избивал, а она, не выдержав, его и зарезала.

И, не скрывая гнева в голосе, он вдруг цедит сквозь зубы:

– Ага и так она ровнёхонько ему по горлу бритвой чиркнула, словно заправский урка.

Он шумно выдыхает и отворачивается от меня, вглядываясь куда-то вдаль. Кажется, я своими вопросами невольно разбередила так и не зажившую душевную рану.

– Твой отец был политиком? – осторожно спрашиваю я.

– Вроде того, – с горечью в голосе усмехается он и, махнув рукой, добавляет: – Ай, ладно, уже много лет прошло, нет смысла об этом говорить.

Мы оба замолкаем на какое-то время.

– Извини, что напомнила тебе об этом, – виновато говорю я. Зря затеяла этот разговор, возможно, и не стоило теребить его душу. Но, с другой стороны, сейчас, поделившись печалями и внутренними переживаниями, мы стали чуточку ближе.