Сводные телохранители

Я посмотрела ему в глаза и громко произнесла:

– Я выбираю братьев Миховских.

– Что ж, все слышали? – Николас посмотрел на остальных мужчин, и те мрачно кивнули, а затем открыли двери и просто ушли.

Глава 2

– Мне нужна твоя рука, – сказал мужчина, когда двери захлопнулись и мы остались с ним одни, если не считать Адрианса с Валдисом, которые сидели на передних сиденьях и пристально наблюдали за мной через зеркало заднего вида.

– Зачем? – не поняла я.

– Поставить клеймо нашего рода.

– Клеймо? Серьезно? Я что вам, корова, что ли? – чуть ли не закричала я от нервозности.

– Это обязательно, – не обратил внимания мужчина на мою зарождающуюся истерику. – Иначе мы не сможем представлять твои интересы.

Я переводила взгляд с одного на другого, но они ждали моего решения.

– Пообещайте, что никому меня не передадите, как бы сильно я вам ни надоела! – посмотрела я Николасу в глаза.

Он приподнял бровь от удивления и даже переглянулся с другими мужчинами, а затем медленно произнес:

– Мы можем указать это в татуировке.

– А мой ребенок? Если у меня родится ребенок, поклянитесь, что никому его никогда не отдадите, он будет расти со мной! – еще одно требование выставила я.

– Это мы тоже можем указать в татуировке. Но ты уверена? Вдруг ты сама решишь перейти в другой клан или род? Если мы всё это пропишем в твоем клейме, то у тебя уже не будет возможности это сделать.

– Но ведь и у вас тоже, – приподняла я подбородок.

Да, этот договор был обоюдоострым, и торговать собой, как обычной вещью, я не могла позволить. Мне нужны были гарантии безопасности. Перед глазами всё еще стояла та история с омегой из нашей стаи. Превратиться в нечто подобное я не могла себе позволить. А если их всего трое… а не сорок, то это намного лучше.

– Хорошо, но это твой выбор, – сказал мужчина и, как мне показалось, даже выдохнул от облегчения.

– Это сильно больно? – прошептала я, когда он начал доставать инструменты.

– Татуировки делала когда-нибудь? – сверкнул он на меня заинтересованным взглядом.

– Есть одна. – Я смущенно потупилась.

О ней даже мама не знала, я делала её, когда мне шестнадцать исполнилось, на спор. В интимном месте.

– Не больнее татуировки, – ответил «доктор», и я заметила в его руках инструмент.

Это был лазерный мини-станок.