Полюби меня, ведьма!

Этот же… он, как будто источал секс, и сбивал с толку ведьму. Рядом с ним, она не могла связно мыслить и говорить, и единственное, что ей оставалось – это либо молчать, либо вести себя по-хамски, а порой и огрызаться.

В его доме под душем она более-менее смогла прийти в себя, но, когда вышла из ванной комнаты, опять поняла, что превращается в похотливое животное. Даже Маако не смог до неё достучатся, хотя пытался и не один раз, что-то кричать. Но Янария его не слышала, она вообще не слышала и не видела ничего во круг, кроме этого мужчины.

Первый в её жизни оргазм, фактически вышиб оставшиеся мозги из ведьмы, и она отключилась.

А очнувшись и узнав от Маако, с кем связалась, опять упала в обморок. Потому что признать, что сестра была права, и Янария совершила самую ужасную ошибку в своей жизни, было в тысячу раз сложнее. Лучше полежать немного трупиком, вдруг оно как-нибудь само все рассосется?

Глава 3

– Не рассосалось, – угрюмо пробасила ведьма.

Со сна у неё всегда был такой хриплый голос, что он больше был похож на мужской.

Маако заметив, что его Ведьма проснулась, резко вскочил на ноги и начал со злостью бегать по хозяйке, пытаясь оттоптать ей все внутренности. Конечно, с его весом в пятьсот грамм, это было сделать почти нереально, но фенек старался.

– Хватит Маако, прекрати, – вяло отбрыкивалась Янария, но даже не пыталась скинуть с себя разъярённого лиса.

Он был в своем праве, и Янария покорно сносила издевательства и заодно оглядывалась по сторонам.

Комната была другой. Громадной в средневековом стиле. Кирпичные стены, частично задрапированы темно-красной бархатной тканью. В углу зеркало во весь рост, по бокам полки с различной женской утварью с такого ракурса Янария рассмотрела, только расчёску и фен. Напротив – кресло на колесиках.

В другом углу был низкий столик с полукруглым мягким диваном и пуфиками.

На высоком потолке висела огромная люстра.

Кровать, на которой очнулась ведьма, тоже была очень низкой и без ножек. Это было больше похоже на матрац, лежащий на полу. Очень большой матрац, на который могло влезть человек десять, ну или чуть больше, если потеснятся.

Еще она заметила несколько частично скрытых под драпировкой дверей. Но исследовать их она пока не могла.