Любимые по контракту

Вдруг докопаются до истины? Ленка, конечно, не сдаст, она человек надежный и тайны хранить умеет, но кто знает, парни могут ведь и сами догадаться. Они не дураки.

Андрей, так вообще лучший на своём потоке. У него мозги работают, как у отца. Я не пыталась специально о них что-то узнавать, оно как-то всегда случайно получалось. Все девчонки заметили, что за мной бегают мажоры и начали делиться информацией которой владеют. Я вообще благодаря спору парней стала очень популярна в университете. Раньше меня не замечал толком никто, а после, прямо в королеву курса превратилась.

Из-за этого у меня сильно ухудшились отношения с однокурсниками и последний год учебы превратился в настоящий ад. Зависть – страшная вещь.

После вкусного обеда мне опять сильно захотелось спать. И я решила вздремнуть, а проснулась от ощущения, будто кто-то трогает мне руку.

Приоткрыла один глаз и вздрогнула.

Это был Виталя. Он держал мою руку в своей и поглаживал, при этом смотря куда-то вдаль, явно думая о чем-то очень важном.

Очень непривычно было смотреть на него такого. Парень всегда был балагуром в компании, а тут весь такой серьезный.

Он настолько трепетно трогал мои пальцы, что я невольно ощутила, как по коже поползли мурашки, и явно не в том направлении. Куда-то к низу живота.

Этого момента я испугалась даже сильнее, чем самого парня, резко выдернула свою ладонь, и спрятала её под одеяло, заодно и сама под него зарылась, почти до самого носа.

– О, Аля, я тебя разбудил? – разулыбался парень, даже не пытаясь вернуть мою руку обратно.

А мне слегка поплохело. С каких это пор я стала Алей? Он же меня всегда барашкой обзывал. А теперь вдруг Аля?

– Понравились мои подарки? – продолжил парень, не обращая внимание на мои манёвры.

– Конфеты и планшет? – решила уточнить я.

– Да, – кивнул Виталя, разглядывая меня каким-то очень странным и непонятным взглядом, такого я у него не видела еще.

– Спасибо, но я не смогу принять планшет.

В ответ парень приподнял одну бровь.

– Я же сказал, что это просто подарок, а подарки возвращать нельзя, – мягко, почти по слогам ответил он.

– Можно, – неуверенно пискнула я.

Мне и самой не хотелось ничего возвращать, но надо. Я мысленно дала себе подзатыльник. Не хочу быть должной по гроб жизни этим мажорам.