Хозяйка «Белой усадьбы»

Я читала много литературы про мальчиков и их взросление, готовилась к тому, что Алекс будет творить, и там говорилось, что мальчишки очень любят бунтовать в таком возрасте – в принципе, и девочки тоже. Но мальчишки сильнее. И идти против любых правил. Будем надеяться, что Тодор в этом плане мне поможет. Надо будет с ним серьезно на эту тему поговорить.

Близнецы как будто боялись, что я уже сейчас их погоню, потому шумно выдохнули и быстрым шагом пошли к раковине.

– О, вода горячая потекла, – сказал один из близнецов.

– Это хорошо, – тихо пробурчал второй.

Кстати, мальчишки были одеты в чистую одежду, но, похоже, из-за того, что они по второму этажу шарились, их одежда уже успела запылиться.

Но я не стала отправлять их переодеваться.

Надо будет потом этот вопрос решить. Составить для детей четкое расписание, чтобы не было подобных проблем.

Насколько я знаю, самое важное для любого ребенка – это четкая дисциплина и занятость любимым и интересным делом.

Значит, надо будет выяснить, что ребятишкам нравится.

Мальчишки помыли руки и пошли к столу.

Близнецы уселись рядом на те же места, на которых сидели вчера. Но за еду пока не брались и с жадностью посматривали на то, как мы кормим малышек.

– Сейчас остальных дождемся и приступим к еде, – улыбнулась я. – А Крилу с Флиной покормим, чтобы нам с Маришкой они не мешали. Надо будет потом для них стульчики отдельные сделать, чтобы ели вместе с нами.

– Дети со взрослыми не должны есть, – пробормотал один из близнецов.

– Почему это? – удивилась я.

– Так принято, – пожал он плечами. – Мы всегда по отдельности от родителей обедали.

– А мы вместе с мамой и папой всегда ели, – вставила свои пять копеек Мариша.

– Я тоже всегда с родителями своими ела, – сказала я, опять улыбаясь. – Значит, и в этом доме мы будем есть все вместе.

Близнецы промолчали, а в кухню ввалились остальные: Сатия, Тодор, Цедрик и Алекс.

Очень сильно хотелось потискать сына, но на руках у меня была Флина, да и выделять теперь ребенка мне было нельзя.

Надо привыкать, что все эти дети теперь мои. И любимых у меня быть не должно. Только так я смогу попытаться воспитывать их.

Сатия сразу же пошла к своему месту, а остальным я скомандовала:

– Всем мыть руки!

Первым руки помыл Тодор.

Я заметила, что мужчина опять вошел с замотанным какой-то тряпкой лицом.