Хозяйка «Белой усадьбы»

 – Планы у нас на данный момент простые…

– Кусить, – пробормотала малышка, что сидела на руках у Мариши, которую она, видимо, устала держать и опустила на ноги.

– Тш-ш, – прошипела на неё девочка.

– Мы все кушать хотим, мам, – вдруг отозвался Алеша. – У него там в каморке должна быть еда какая-то. Нас еще не кормили сегодня.

Сын потянул меня за руку в четвертую, как я думала, камеру, но это на самом деле и не камера была, а как раз каморка охранника, труп которого лежал сейчас в моей клетушке. Это её, значит, Тодор и обыскивал, а я слишком растерялась и даже не поняла, о чем он мне говорил.

Я автоматически двинулась за сыном, подхватив с пола керосиновую лампу.

В каморке еда действительно нашлась. Правда, едой это можно было назвать с большой натяжкой. Хлеб, разделенный на десять частей, который был, видимо, приготовлен для всех узников, и вода.

Похоже, что бугай не находился толком в этой камере, потому что здесь, кроме стола, на котором и стояла кастрюля с хлебом, а также кружки с водой, ничего больше не было.

Я раздала ребятишкам по куску хлеба и сама решила подкрепиться. А то неизвестно, сколько сил мне еще понадобится.

Дети вышли из камеры и, усевшись на пол, начали есть хлеб.

Я не стала им говорить, чтобы они вернулись обратно. А то там запах был не очень приятным, да и вообще… думаю, они там насиделись уже.

У самой маленькой, видимо, еще зубов не было, и поэтому сестра размочила ей корку в воде и сунула в руку, а сама быстро съедала свой кусок, пока малышка обсасывала свой.

У меня сердце сжалось от этого зрелища.

В жизни никогда не думала, что увижу что-то подобное.

Постаралась засунуть свою жалость куда подальше. Сейчас детям не это нужно, сейчас им нужно выйти отсюда живыми и невредимыми.

А остальное всё потом.

– Думаешь, Тодор нас бросил? – вдруг тихонько прошептала Мариша, толкнув одного из близнецов в бок.

– Не мог, – ответил ей тот уверенно, – если клятву Хозяйке дал, то уже не бросит. Надо просто ждать.

– А кто такой касит? – заинтересовалась я.

– Ты не знаешь? – удивился мальчик. К сожалению, разобраться, кто из близнецов кто, я не могла. Слишком уж сильно они были похожи.

– Ты не слышал, что ли? – недовольно ответил второй близнец. – Не из нашего мира они оба. Алекс же говорил. А ты всё: «Брехун, брехун».

– Я думал, ему по голове треснули и он того.