Демон и(ли) дракон?

 – А что мне дальше делать-то? – растерянно посмотрела я на кошко-мышь. – И да, как тебя зовут, кстати?

– Моё имя Игнесса!

– Ну, рада познакомиться. Меня зовут Алевтина Георгиевна.

– Нет, – качнула головой кошко-мышь. – Твоё имя – Хозяйка АлАя. Ударение на второй слог, – зачем-то уточнила она. – А старое имя забудь.

– Ты же сказала, что я не она? – хмуро посмотрела я на кошко-мышь.

Игнесса отвела взгляд в сторону, прямо как моя дочь в детстве, когда пыталась от меня что-то скрыть или не полностью подать информацию.

– Ну знаешь, будет лучше, если все вокруг не сразу поймут, что ты не она. А то есть у меня подозрение, что местные пойдут в отрыв. Все же моя хозяйка держала их всех вот в таком кулаке. – И Игнесса согнула свою лапку в кулачок, вызвав у меня почему-то порцию умиления.

Оказывается, если она не выпускает свои крылья, то вполне сойдет за обычную кошку. И не сильно меня пугает. А может, я просто уже привыкла?

– Мне кажется, что я не смогу, – неуверенно пробормотала я, с ужасом вспоминая, как меня за себя оставила начальница нашего отдела, пока сама в отпуск уходила.

– Я буду тебе помогать, не переживай, – махнула лапкой Игнесса, а у меня перед глазами появилась картинка из детского мультика с котенком, и я опять умилилась этому её жесту. – И да, – продолжила кошко-мышь, – по утрам Алая любила завтракать в одиночестве, а вот обедала уже в компании Светлых и Темных, приглашенных лично ей во дворец.

– Ты имеешь в виду властелинов? – нахмурилась я.

– Не только их, но и их свиты.

– Ужас. – Я представила, что там за свита, и мне плохо стало. – У меня же нет придворных манер, все же сразу поймут, что я не Алая.

– Ой, да какие там манеры? – удивилась кошко-мышь. – Ты что, десертную ложку от чайной не отличишь?

– Я вообще-то в своем мире не аристократка была. У меня на столе с детства было максимум три прибора: вилка, ложка и нож. Всё. И даже нож не всегда…

– Серьезно? Ты даже не аристократка? – Кажется, у Игнессы начинался очередной приступ веселья.

– У нас этих аристократов вообще в мире очень мало осталось. Их почти всех истребили во времена всяких там революций, а те, что остались, фактически для красоты. И на управление странами никак не влияют, – пыталась пояснить я кошко-мыши, но ей, похоже, было пофиг, ибо она опять летала по комнате, кружилась и чирикала что-то на своём.