В плену у чувств, или Заложники Парижа

Мы с ним даже договорились съездить как-нибудь за город покататься на лошадях. Андре признался, что мне крупно повезло снять в сезон такую приличную квартиру, ведь сам он жил за городом, и на машине ему было долго добираться.

Камила, узнав о моем заселении, сразу же начала готовиться к отъезду. Но, я-то знал, что ее сборы займут не менее двух недель. Еще она сообщила, что по этому случаю пошила несколько платьев и выходных костюмов, что собственно означало, что она возьмет с собой не меньше пяти чемоданов. Она как все девушки любила красиво одеваться и, надо сказать, что у нее это получалось безукоризненно.

Мой переводчик Жан на первое время поселился у меня, ведь я посчитал нужным, что так будет лучше для него и удобней для меня. Он пообещал подтянуть мой скудный французский в течение месяца. Мы условились на том, что с утра и в обеда он волен в своих занятиях, а по вечерам, когда я свободен от работы, то буду с ним заниматься.

Жан был немного старше меня и всю сознательную жизнь прожил во Франции.

Меня забавлял его тонкий юмор и тяга к крепким напиткам. Иногда мы выходили на прогулку, где он проводил мне экскурсии и помогал ознакомиться с разными районами города. Я хотел хорошо ориентироваться во всех этих улочках, чтобы ничем не отличаться от местных.

Благодаря ему Париж открылся для меня совсем с новой стороны. Мы посетили Лувр, музей Родена и Собор Парижской Богоматери. Но больше всего меня впечатлили Люксембургский сад, а также Венский и Булонский лес. Иногда по вечерам мы устраивали пикники на Елисейских полях.

Я приглашал своих коллег Виктора и Андре, и мы как старые закадычные друзья пили вино и ели сыр с булочками. Жан всегда нас смешил анекдотами, а иногда и пересказами памфлетов. Сам он немного писал, в основном это были юмористические зарисовки, а в свободное время занимался переводами книг.

В первое время в конторе дела обстояли неплохо, и я почти не отставал от остальных по плану, находя время на обустройство кабинета, где даже повесил картину одного малоизвестного художника.

Она не то чтобы была хороша, но изображенный на ней Венский лес, мне пришелся по душе. Еще я приобрел новое кресло, так как старое было изрядно потрепано.

Начальник однажды сказал, что я, возможно, привнесу в их коллектив дружескую атмосферу, а еще намекнул, что если все пойдет как надо, то получу повышение. Услышав об этом, я стал работать еще усерднее. Но делиться новостями с Камилой совсем не спешил, так как хотел сообщить о прибавке по факту.