Во власти Великого Архитектора

– Какие отчеты?

– У жандармов своя система, где все фиксируется, – немного поколебался Фабрис, а затем жестом пропустил нас и закрыл дверь в квартиру.

Не став дожидаться лифта, мы быстро спустились по лестнице и когда уже проходили мимо консьержки, она вдруг окликнула нас.

– Куда-то уезжаете? – спросила та с не скрытым интересом.

– И вам, добрый день, мадам Фелини! – ввязался в беседу Дюпон. – Должен предупредить, что меня не будет несколько дней.

Женщина лишь окинула его долгим взглядом и недовольно хмыкнула.

– Вам почтальон принес рано утром письмо, – произнесла с таким важным видом, будто бы делала одолжение.

– Спасибо, – сказал Фабрис, получая конверт.

– И где в случае чего вас искать?

– Простите? – переспросил тот удивленно.

– Ранее вы говорили, что уедете на все лето из города, – оправдалась консьержка.

– О нет, мадам, я точно вернусь, – успокоил ее любопытство студент, вынимая из кармана ключ от авто.

Уже на улице я обнаружил, что мы поедем на довольно стареньком потрепанном «Фольксвагене» цвета бергамот.

– А мы точно на этом доедем? – пнула она легонько ногой поверх пыльной покрышки.

– Напрасно ты так! – покачал Дюпон осуждающе головой. – Или у тебя есть другие идеи?

– Нет, нет, если ты, конечно, гарантируешь нам безопасность? – задала риторический вопрос девушка, закусив нервно палец.

Фабрис ничего не ответил, и, не медля ни минуты, уселся за руль.

– Да, я не часто езжу на этой «малышке», – кинул он дочке Беккера, глядя на нее в зеркало над лобовым стеклом. – Ну и что? Все же она может дать фору большинству новомодных машин, – провел студент бережно рукой по приборной панели.

Та, умостившись на заднем сиденье, потупилась на руки, проверив, не испортился ли маникюр.

– А от кого же письмо? – спросил я, решив разрядить обстановку, и уселся рядом с молодым человеком.

Фабрис достал конверт, который до этого небрежно бросил в бардачок.

– Адресат не указан, – произнес тот, резко бледнея, заметив с обратной стороны нечто пугающее. – Что-то я не пойму, – добавил и странно на меня посмотрел.

Вырвав из его рук послание, я понял, в чем дело. На тыльной части конверта увидел символ, который ни с чем нельзя было спутать.