Во власти Великого Архитектора

– Ты что с нами играешь? Я ничего не понимаю! Как это послание должно объяснить то, где сейчас находится отец? – прорычала она.

Видя, что обстановка с невероятной скоростью накаляется, а девушка находится на грани нервного срывая, я перенял инициативу на себя:

– Не торопись делать выводы… Возможно, не столь первостепенно, что мы чего-то не понимаем. Уверен, Питер не глупец, чтобы отправиться в одиночку на поиски ответов. Сама идея прикоснуться к чему-то запретному достойна глубокого уважения.

– Бесспорно, вы правы, – нашел поддержку в Дюпоне.

– Так значит, он отправился в Руан в надежде отыскать очередную скрытую правду? – немного успокоившись, вернулась в реальность дочь Беккера.

– Лисса, – позвал я ее, легонько коснувшись руки. – Как будто бы ты не знаешь, что для Питера это дело всей жизни. И ты для него очень важна, – перевел взгляд на парня и обратился к нему, давая возможность все объяснить. – Фабрис, если я верно понял, то Тур-де-ля-Грос-Орлож – именно то, что заинтересовало моего друга?

Юноша заметно приободрился и, уставившись на меня, закивал.

– Тур-де-ля-Грос-Орлож, – вторил он мне, – средневековая руанская башня, о которой я вам говорил в самом начале. На ее фасаде расположены астрономические часы – одни из самых крупных в Европе. Саму колокольню построили в XII веке. Она находится на одноименной улице города. Сейчас вам покажу, – и Дюпон ловко извлек ноутбук откуда-то из-под завалов стола, а затем, найдя то, что искал, развернул к нам экраном.

На нем мы действительно увидели кирпичное здание с аркой, над которой возвышался удивительной красоты циферблат, украшенный золоченой резьбой с изображением солнца и миниатюрными фигурками животных.

– И что может скрываться в недрах столь замысловатого произведения искусства? – недоверчиво произнесла Лисса, потягиваясь на диване, однако ее реплика осталась без реакции. – Нам нужно немедленно отправляться в Руан, – добавила более резво и посмотрела в окно, будто пытаясь найти там ответ.

– Сейчас уже поздно, – решил приубавить я ее пыл, взглянув на наручные серебряные часы у себя на запястье.

Их подарил Беккер в честь успешной защиты диссертации. Они много значили для меня, поэтому никогда с ними не расставался.

– Но мы не можем больше бездействовать, – развела руками она, в поисках сумочки. – Время играет против нас.

– Сегодня мы точно уже не успеем, – безапелляционно заявил я, увидев серьезность ее намерений.