Эовин. Пробуждение охотницы

Прогремел второй выстрел, и с потолка посыпалась штукатурка. Эовин приставила к его горлу кинжал и почувствовала, как участился пульс.

– Не троньте его! – послышался женский визг с верхнего этажа.

Не отрывая лезвия от горла торговца, Эовин подняла голову и выругалась. Тут у каждого члена семьи, что ли, имелось собственное оружие?

– Убрали бы вы эту штуку, дамочка, а то как бы вам муженька случайно не продырявить, – холодно посоветовала она женщине. – И отправьте дочку проверить вашего сына. Стонет так, словно вот-вот копыта отбросит.

Женщина только всхлипнула.

– Как скоро здесь появится адресат? – спросила Эовин, прижимая кинжал к горлу торговца с такой силой, что по шее у него побежала тонкая струйка крови. – Я весь день ждать не могу.

Женщина колебалась. Ее взгляд обеспокоенно метнулся в ту сторону, где, как Эовин догадалась по судорожным всхлипываниям, пряталась девочка.

– Откуда вы знаете о моей дочери?

– Это совершенно не важно! – Эовин постепенно теряла терпение.

– Да, а вдруг вы и Марту убьете? – Пистолет в руке дрожал, и охотница всерьез опасалась, что женщина случайно может нажать на курок.

– Я никого не убивала, – процедила она сквозь зубы. – И не хотела бы, чтобы это менялось. Мне всего лишь нужны были припасы, которые обещал ваш муж, больше ничего.

Женщина беспомощно мотала головой, ошеломленная ситуацией. Эовин уже подумывала, не обезоружить ли ее заклинанием. Только страх, что при этом может произойти выстрел, удерживал ее от этого.

Тут же, как по команде, дверь распахнулась, и Эовин рывком подняла тело торговца, чтобы спрятаться за ним. Однако в дом ворвался вовсе не сын хозяев, а Харад, который моментально оценил обстановку.

– Бросайте оружие! – приказал он женщине, которая совсем растерялась и уже не знала, в кого целиться.

Ее тело обмякло. В два прыжка Харад оказался рядом и отобрал у нее пистолет. Та даже не сопротивлялась. Харад покосился на девочку лет тринадцати, что, сжавшись в комочек, сидела на верхней ступеньке.

– Пошли с нами!

– Пожалуйста, не трогайте ее! Не причиняйте ей вреда! – в отчаянии выла мать.

– Нет, конечно, – грубо проворчал Харад.

Где-то вдалеке заржали лошади. Эовин выругалась.