Железный ветер. Путь войны. Там, где горит земля (сборник)

Однажды животное все-таки попалось в силок и приползло домой, оставляя широкий кровавый след из распоротого проволокой живота. Отец, выругавшись, вооружился суровой нитью, иглой и зашивал рану «наживую», а кот смотрел на него совсем не по-кошачьи умным взглядом, словно благодаря. И выжил, а когда стало совсем голодно, исхудавший черный пират таскал из леса разных птиц, оставляя их у порога.

Айвен смутился, поняв, что эта история как-то не очень подходит моменту, и Ютта положила свою узкую ладонь на его руку.

Они поднялись высоко в небо на колесе обозрения и оттуда, сверху, смотрели на залитый разноцветным светом вечерний Барнумбург, так, словно никого более не было во всем свете. «Башни-близнецы» сияли неоном, словно замки волшебников, но их затмевал огромный куб «Обители Посейдона», крупнейшего в мире океанариума.

А затем Айвен и Ютта ужинали в «Пацифиде», небольшом, но стильном и чудовищно дорогом ресторане. Рядом с их столиком располагался цилиндр здоровенного аквариума, в котором важно парил почти метровый Ceratias holboelli, и мертвенно-зеленое свечение «удочки» глубоководной рыбы соперничало со светом свечей в стеклянных лампах на их столе.

Но все когда-нибудь заканчивается, и, убедившись, что люди сполна насладились отпущенным им счастьем, время вновь вступило в свои права.

Близилась полночь.

– Я провожу вас, – сказал он, когда они вышли из ресторана, и, перехватив ее взгляд, заметил: – Просто провожу.

Абсурдное предположение было сказано с таким серьезным видом, что Ютта не сдержала смеха. А ее спутник уже призывал паромобиль такси.

Все такой же вежливый, предупредительный и галантный, он довез ее до самого дома и сопроводил до дверей квартиры…

– До свидания, госпожа Карлссон. – С этими словами он церемонно склонил голову и продолжил чуть менее формально: – Спасибо, Ютта, это был хороший вечер. Я заеду завтра утром, и мы закончим наши дела в банке… Доброй ночи.

Он развернулся и, четко печатая шаг, направился к лестничной площадке.

– Господин Тайрент… Айвен… – сказала Ютта.

Он замер вполоборота, посмотрел на нее.

В свете трехлампового светильника площадки ее платье казалось черным, как ночь, а уложенные в высокую строгую прическу рыжие волосы пламенели, словно расплавленный металл, уже слегка потемневший снаружи, но огненно-раскаленный внутри.