Пески. Потомки джиннов

– Слоны! – Изз восторженно вскинул руки, и я невольно отшатнулась, едва не ступив в костёр. – У амонпурцев есть слоны, ты знала?

– А если знала, почему не говорила? – подхватил Мазз, забросив смуглую руку на голые плечи брата и уставив на меня обвиняющий палец. Синяя кожа и синие волосы, казалось, принадлежали обоим вместе, и говорили они словно один человек.

– Давай, колись, подружка-демджи! – подмигнул мне Изз.

Я с усмешкой выкатила глаза:

– Даже если б знала, промолчала бы! Вижу, вижу, что вы задумали.

– Разве ты не хочешь увидеть слона? – Мазз уже сбрасывал туфли, готовясь к перевоплощению.

– Нужно больше места, – озабоченно проговорил Изз, обводя руками вокруг, будто хотел раздвинуть веселящуюся толпу.

«Добром это не кончится», – с опаской подумала я.

– Что, как в прошлый раз, когда вы познакомились с носорогом?

Близнецы смущённо переглянулись.

– Ну, вообще-то…

– Слоны, они…

– Немного покрупнее… так что…

Я весело фыркнула:

– Нет уж, лучше в другой раз, когда вокруг будет меньше толкотни.

Переглянувшись и печально вздохнув, так им не терпелось показать слона, Изз и Мазз с досадой кивнули и принялись взамен наперебой расписывать мне слона во всех деталях. Больше про Амонпур я ничего не узнала, но было ясно, что вторжение с той стороны пока не началось.

В лагере уже горели факелы и гремела музыка, пёстрая толпа пировала и танцевала. «Как хорошо, что можно не воевать хотя бы сегодня!» В такие вечера моя вера в наше общее дело становилась сильна как никогда.

Я заметила его в толпе часа через два и сперва не поверила своим глазам – выпито было уже немало, могло и показаться. Будто вспышка в памяти: запрокинутое лицо, беспечно хохочущий рот – как тысячу раз до того. Сбившись с шага посреди танца, я пошатнулась, едва не ступив в костёр, – хорошо, кто-то успел оттащить, иначе лучшему халату Шазад пришёл бы конец. Обернулась снова, вглядываясь в сумрак, полный весёлых лиц, – нет его, исчез словно видение…

Толпа на миг расступилась.

«Вот он, опять! Жинь! Вернулся!»

Он стоял по другую сторону от костра, в дорожной одежде, чёрные волосы запорошены пылью, небритый… Невольно вспомнилось, как кололась щетина в прошлый раз, когда мы целовались. Сердце заколотилось, рванулось навстречу, но я одёрнула себя, стараясь успокоиться, и торопливо отвернулась, пока он не заметил. Не готова я ещё с ним встречаться.