Сквозь туманы синие…

Добираюсь до дома в лучшем случае к часу – падаю замертво в постель, чтобы встать в пять утра и опять идти на работу. Подожди пару недель, когда я сдам все отчеты!

– Но для этой страхолюдины ты всегда находишь время! – Выкрикнула Вероника. – И не говори, что ты вчера читал ей инструкции в своем кабинете! – Ее пухленькие губы предательски задрожали, а глаза заблестели от набежавших слез.

– Я не желаю обсуждать с тобой эти вопросы. – Холодно сказал Красавчик. – Я пока еще свободный человек и имею право проводить свое время, как захочу и с кем захочу.

Тебе я говорю – подожди, пока у меня появится свободное время. Если тебя это не устраивает – что ж… – Он развел руками. – Я не последний мужчина в Жизнебурге. – С этими словами он вылетел из кабинета и, что-то сердито бурча себе под нос, не заметив меня, пронесся мимо.

Вероника рыдала в три ручья, размазывая по щекам грязно бурые пятна, получившиеся от смешения туши, теней и румян. Мне ее стало даже жаль. Я вошла в кабинет и хотела предложить ей свой носовой платок.

Но когда эта красавица сквозь реку слез разглядела меня, ее лицо исказилось от злобы, и она почти по-змеиному зашипела:

– С-ка! Потаскуха! Уродина! Пользуешься тем, что твой папаша советник. Иначе бы ни один мужик на тебя не залез! – И она явно хотела вцепиться мне в волосы. Я слегка отклонилась и, схватив ее руки за ладони, слегка вывернула их – это был мой коронный прием. Если удавался хороший захват, я могла справиться даже с братьями – ведь не могли же они бить сестру ногами!

– Успокойся! – Твердо сказала я.

 – И замолчи!

– Отпусти, с-ка! Отпусти! – Завыла Вероника. – Я тебе все твои жидкие волосенки повыдергаю. – Я заломила ладони посильнее. – Вероничка еще сильнее взвыла от боли и рухнула на колени. Теперь она уже только выла, раскачиваясь из стороны в сторону. В кабинет ворвался Красавчик:

– Вы что тут устроили! – Закричал он и замолчал, увидев странную картину: я держу Вероничку за руки (так это смотрелось со стороны), а она, растрепанная и опухшая от слез стоит на коленях и дико воет.

– Что тут происходит? – Спросил он, наконец, придя в себя. Я отпустила Веронику и та, растянувшись на полу, забилась в судорогах – видимо, у нее началась истерика.

– Ничего. – Спокойно сказала я, хотя все мое тело била мелкая дрожь. – Мы просто устроили маленькое соревнование. Кажется, я выиграла. – С этими словами я вышла в коридор и отправилась в трактир, где меня ждал Максим.

Какими же дурами, мы, женщины, иногда бываем.