По ту сторону

И голос ее был подобен легкому ветерку, который даже рябь на воде не создаст, настолько он был тих и нежен.

– Ты баньши? – Гутор побаивался ее, но виду старался не показывать.

– Да. А ты джентри и зовут тебя Гутор.

– Откуда ты знаешь? – Его тело стало согреваться, но вот перестать стучать зубами он никак не мог.

– Я все о тебе знаю, – скромно сказала баньши и положила руку на его грудь. Он почувствовал как жар, который исходил из ее ладони, стал заполнять его изнутри, обволакивая теплом каждый мускул, каждую клеточку тела.

Зубы перестали стучать, и Гутор почувствовал расслабление во всем теле и легкую усталость. Но вопросы не давали ему покоя.

– Но откуда ты все обо мне знаешь? – спросил он.

– Я прочитала твои мысли. Когда ты тонул, ты обо всем успел подумать. Например, ты не любишь тетушкины пироги, скучаешь по отцу, больше никогда не заключишь ни одного спора и что ты находишь меня красивой, но при этом очень боишься.

– Не боюсь, – меньше всего он хотел выглядеть трусом в глазах своей спасительницы.

 – И я очень благодарен тебе за спасение. Правда! Просто я немного сбит с толку. Все считают, что баньши не спасают, а наоборот …

– Губят? Похищают? – ее голос по-прежнему был тих, а лицо оставалось непроницаемым.

– Перестань, пожалуйста, читать мои мысли, – ответил Гутор. – Я могу сам ответить на все твои вопросы.

– Хорошо, тогда скажи, кто так считает?

– Сиды.

– Ты тоже так считаешь? – грустно спросила она. Ее кожа перестала светиться, волосы чуть потускнели, а зрачки приняли обычную для сидов форму.

На глазах у изумленного Гутора она превратилась в обыкновенную девочку-сида.

– Нет… Теперь нет. Ты же спасла меня. Мне жаль, что я расстроил тебя.

– Я не расстроена из-за того, что ты сказал. Ведь это правда. Иногда мы вынуждены, – она запнулась, – делать то, что все о нас говорят. Такова наша природа.

– Тогда… тогда из-за чего? – осторожно спросил он, стараясь не подавать виду, что ее слова насторожили его.

– Баньши – сиды. Мы такие же, как вы, как гномы, эльфы, джентри и прочие.

Но живем уединенно, так как другие нас бояться и не принимают. Мама говорит, что это даже хорошо. Так мы можем продолжать творить свою магию и выполнять предназначение. – Она задумчиво чертила пальчиком по земле, но вдруг спохватилась.

– Обещай, что никто не узнает, что я спасла тебя. Никто не должен знать. И о том, что ты меня видел. Пусть все продолжают по-прежнему бояться ходить сюда. Пообещай! – затараторила она.