Рукопись несбывшихся ожиданий. Поступление

– Что за наглость! – тут же возмутился аристократ.

Дело в том, что наша героиня ещё и ненароком его толкнула. Благородный Антуан Грумберг был вынужден отпрянуть назад, иначе бы он потерял равновесие и позорно упал у всех на виду. Но бедовая девица этого не заметила. Она, по?прежнему держась за бок, на всех парах пробежала арку насквозь и даже почти заступила за ворота академии, как вдруг уткнулась в невидимую стену. Из-за этого она ушиблась, упала на четвереньки и, хотя нос вроде как не сломала, задышала совсем тяжело.

– Ах ты! – между тем раздосадовано выкрикнул одноглазый. Азарт погони в нём был не настолько силён, чтобы через всякие магические арки соваться, но, подумав, он всё же двинулся с места. Глаза его при этом сверкали жаждой убийства, однако расправиться с девушкой ему помешал аристократ.

– А ну стой, где стоишь, смерд! – в грозном тоне осадил головореза благородный мужчина, и меч, что висел на его поясе, из ножен вынул да лезвие к груди одноглазого разбойника приставил.

Тут ясные голубые глаза Антуана Грумберга с неприкрытым недовольством уставились на помешавшую ему девицу. Все черты его надменного лица при этом выражали желание отомстить, однако от горячих слов и поступков его отвлёк голос мага?старшекурсника.

– Ох-хо-хо, – продолжая утирать кровь с лица, изумлённо выдохнул тот. – Никогда я ещё такого не видывал.

Чего там маг-старшекурсник «никогда не видывал» узнать захотелось многим. В мгновение ока взгляд толпы сосредоточился на налившихся цветом кристаллах. Ярко засветились белый и чёрный, тусклее проявился цвет у синего и ещё слабее у серого.

Понимающие в магии тут же начали с энтузиазмом перешёптываться, и некий мужчина с нашитыми на мантию регалиями, позволяющими определить в нём декана факультета Огненной Стихии, заметив это, остановился.

– Наверное, сбой из-за того, что Арку Стихий эта особа словно на крыльях дракона пролетела. Пусть бы она ещё разок прошла для достоверности… правда, коллега?

Коллега, к которому декан факультета Огненной Стихии обращался, человеком явно не был.