Герой из героев. Баснями сыт не будешь

Из его живых прямых наследников осталась единственная дочь Ванесцарна, и убийство этого тролля являлось знаком главного претендента на её руку.

– О, какое горе! – воскликнул Арнео, хотя в его словах лично мне послышалось больше радости, нежели драмы.

Однако волновали меня не интонации, а иное – никаким претендентом на жену мне становиться не хотелось! А потому я в отчаянии затараторил:

– Мне кажется, тролль ещё не совсем мёртв. Пусть кто-нибудь дерзнёт проткнуть его секирой. Пусть голову, чтобы наверняка, рубанёт!

– Он мёртв, – возразил Далсинор несмотря на то, что пара гномов довольно оскалилась, готовясь осуществить моё рациональное предложение.

 – И всё из-за вас, люди! Зачем вы вообще пришли к нам?!

– Мы барды. Хотели увидеть Грах’морннор, чтобы донести до своей расы отзвуки величия древнего города, – сплёвывая кровь вместе с шатающимся зубом, ответил Арнео и, нагло проигнорировав мой удивлённый пристальный взгляд, певуче продолжил. – В наших мечтах мы бы прошли по его залам и коридорам, подивились невиданным красотам и, словно по волшебству, оказались в совершенно другом краю.

Ведь если верить древним преданиям, то под Амонрандом не просто город, а целая страна! И её тоннели тянутся во все стороны. Даже до основания тверди земли!

– Да какая разница, кто они?! – возмутился разгневанный гном в золочёных доспехах. – Давайте я каждого из них по голове ударю, чтобы по их людским вонючим трущобам разнеслась баллада о том, что не стоит лезть в дела других рас!

– Нет, очень важно выяснить, кто они.

Потому что барды не создают в руках огонь, – нахмурился прозорливый Далсинор.

– Ну, вот такие мы неправильные барды, да ещё и люди, – развёл руками Арнео. – И если почтенные гномы нам не рады, то мы, пожалуй, пойдём обратно. Давай, мальчик мой. Садись на коня.

Упрашивать меня не надо было. Я уже пришёл к выводу, что месяц странствий по местам дивной красоты родного мира это действительно заманчиво, и не стоит упускать свой шанс, а особенно узду Опала, способного в те края меня отвезти.

Однако не успел я осуществить своё намерение сесть верхом, как раздался возглас:

– Взять их!

Ну, нас и схватили.

Глава 4

Само собой, мы попробовали сопротивляться, но крепости гномьих рук позавидовал бы и легендарный мифрил. Силой было ничего не добиться, а приказ заткнуться прозвучал столь понятно, что и на ораторское искусство до поры до времени возлагать надежды не стоило.