Аромат волшебства. Книга вторая

Оттого и не понравился ему этот мужчина больше, чем мог бы. Причём настолько, что он даже расспрашивать о житье пасынка ничего не стал и уж, конечно, не стал благодарить за заботу о нём. Какая забота, если ребёнок не мыт, одет в рваньё, бос и щёки у него от недоедания впали?

– Я опекун этого мальчика, так что ищите себе другого подмастерье, – категорично заявил Людвиг, после чего пнул ногой в сторону трубочиста упавший с плеча мальчика мешок.

Семён Михалыч недовольно сощурился, но, подумав, спорить не стал. Безо всяких возражений поднял свою вещицу и, что-то недовольно бурча под нос, пошёл прочь.

Людвиг проводил его гневным взглядом, а затем снова присел возле малыша.

– Как ты? С тобой всё хорошо? – обеспокоенно спросил он и обрадовался мягкой улыбке. Первый порыв ярких чувств Виктора закончился, и мальчик начал смотреть на отчима с опаской. А Людвигу не хотелось, чтобы сын Мари на него так смотрел. Он крайне не хотел этого.

– Да, хорошо, – тихо прошептал Виктор.

– А где твой брат? Где Виталий?

– Не знаю.

Федюня сказал, что его шпики заловили.

«Какой кошмар, опять этот жуткий сленг!» – мысленно простонал Людвиг, но вслух отреагировал иначе.

– За что его забрали? И кто такой Федюня?

– Друг… Но он тоже, тоже на днях пропал. Обещал вернуться и не пришёл.

Мальчик опустил глаза к земле и, вдруг крепко цепляясь за пояс Людвига, прижался к нему. При этом он по новой начал реветь в голос, и подошедшая ближе мисс Вера удивлённо захлопала ресницами.

– Простите, мисс, – тут же обратился к ней Людвиг, – я нашёл сына и, к сожалению, не могу больше составлять вам компанию.

Девушка понимающе кивнула, а он, продолжая удерживать одну руку на плече Виктора, подал знак проезжающему кэбу остановиться. Извозчик с недовольством оглядел грязного клиента, но, подумав, затормозил. Выглядел тот как человек, способный расплатиться за будущую чистку салона.

Глава 8

После того, как его пасынка отмыли, Людвигу стало страшно на ребёнка смотреть. Виктор и так всегда худощавым был, а теперь от него вовсе словно один скелет остался.

Тело малыша при этом покрывали многочисленные синяки и ссадины. Локти и колени вообще нечто невообразимое из себя представляли – одна сплошная кровавая корка, под которой плотные припухлости и застоявшийся гной. Глаза и то как-то ввалились.

«Неужели всего за две недели с ребёнком может произойти такое?» – поражался маг и холодел от мысли, что стало бы с мальчиком, не прояви он упорства в поисках.