Аарон и Нова. Полная версия

Марк знал только одно – оно не было человеческим. Вдалеке он увидел тусклые языки пламени костра.

– У меня такое состояние, как будто меня выжали как лимон, вывернули душу наизнанку. И еще мне кажется, как будто кто-то сдерживает демонов и не дает им волю к действию. Они просто играют с нами, – проговорил Марк. – Ты пробовал найти выход? – обратился он к Томасу.

– Да. Там есть еще один выход, думаю, стоит попробовать открыть дверь. Я не собираюсь здесь сдохнуть! Ты такого же мнения, Марк?

– Очень хочется пить.

Она была настолько сильной, что Марк схватил бутылку вина с уже вкрученным штопором, стоявшую на столе, откупорил ее и начал жадно пить из горла большими глотками.

– Что ты делаешь?! Откуда ты знаешь, что в этой бутылке?! – закричал Томас.

– Я больше не могу терпеть, я задыхаюсь от этой жажды, – тяжело дыша, проговорил Марк.

По всему дому, словно стерео, пролетел шепот: «Бееедный Мааарк, бееедный Тооомас».

– Началось! Бежим! – живо воскликнул Томас.

Несясь через всю комнату, они выбежали в коридор, свернули направо, туда, где находилась другая дверь. Подбежав к ней, они услышали громкий топот на чердаке. Марк посветил перед собой лампой: образ женщины возник перед ним. Она громко хохотала, в ее глазах не отражался свет. Затем она растворилась словно дым. Лязгнула удавка, хрип пронесся по всему дому, превращаясь в шипение. Из проема, ведущего на чердак, появился силуэт человека, который болтался в петле, слегка покачиваясь из стороны в сторону.

Дверь наконец-то поддалась, и они выбежали на улицу. Ни вправо и ни влево бежать было нельзя: они натыкались на невидимые стены. Впереди виднелся длинный коридор. Дорога была только одна – по этому коридору. И вела она в темный и жуткий лес. Коридор был неким подобием моста над бесконечной пропастью, который разделял мрачный дом и сумрачный лес.

«Лучше уж так», – подумал Томас и побежал вперед.

За ним бежал, теряя равновесие, Марк.

Голос стал затихать, страх постепенно отступал. Они выбежали из коридора. Казалось, что все звуки проглатывали деревья. Марк бежал практически обессиленный и, наткнувшись на обломки старых деревьев, вонзил себе в ногу сук. Боль была адская. Падая он вывихнул руку и потерял сознание.