Женский Клуб

Безусловно, рассказы за карточным столом больше напоминали сумасшедшие эротические фантазии. Но от этого они возбуждали Элеанору ничуть не меньше.

Женщина задрожала, вспомнив одну из выдуманных ей историй: как голой мастурбировала на кухне, перед раковиной, глядя на трахающихся во дворе псов. Правда, Элеанора не сомневалась, что именно так бы она и поступила, сложись надлежащая ситуация.

Вновь она принялась всё резче всаживать пальцы в горячую пещерку. Через несколько секунд, протяжно застонав, Элеанора кончила.

Викки обожала рассказывать, как она сосёт то одному, то другому чёрному красавцу. Начинало создаваться впечатление, что это единственная тема её сексуальных фантазий. Элеанора никогда не спрашивала подругу, есть ли хоть крупица правды в её рассказах. Она боялась. Боялась, что если даже один случай окажется жизненным, то это может завести её слишком далеко.

– Он буквально вдалбливал громадный хуй мне в горло, – практически стонала Викки.

Элеанора больше не могла, ей необходимо было срочно остаться одной. Выдернув пальцы из влагалища, она вскочила на ноги, и бросилась на кухню. Заструившиеся по ляжкам соки лишь подстегнули её возбуждение. Практически на бегу она испытала очередной оргазм, вызванный ворохом грязных, развратных мыслей кружащихся у неё в голове.

Хватая ртом воздух, женщина, вбежав на кухню, тяжело оперлась о столешницу. Немедля ей на глаза попалась деревянная толкушка. Её фигурная рукоятка сильно напоминала член, только пары яиц не хватало. Задрав юбку, и заправив подол за пояс, Элеанора быстро стянула трусики, позволив им соскользнуть по ногам. Затем трясущимися руками она схватила толстую деревянную толкушку, и прижала рукоятку к мокрым губам влагалища.

– Ммммм… нельзя же… полный дом людей… ох… – застонала она громко.

Элеанора ощутила, как вначале закруглённый деревянный набалдашник погрузился в пылающие глубины, а вскоре и вся рукоятка, по толстое основание толкушки, исчезла в ней. Пронзительно вскрикнув, женщина затряслась в новом оргазме. Не успели схлынуть сладкие волны, она начала резко всаживать рукоятку толкушки в себя, заставляя стенки пещерки пылать.

– Ох… Ах… Ох! – стонала Элеанора, кончая снова и снова.