Удачное решение

Опустившись на колени перед сидящей женщиной, мужчина подхватил её красивые ноги под коленками и уложил их себе на плечи. Некоторое время он разглядывал мокрую щёлку, оказавшуюся в нескольких сантиметрах от его лица. Волосатые губы широко разошлись, розовые лепестки, влажно поблескивая, торчали наружу. Распухший клитор практически полностью вылез из-под капюшона плоти, явно требуя, чтобы его хорошенько пососали и полизали.

– Пожалуйста, преподобный Мартин, – взмолилась подрагивающая от возбуждения Эрика.

Наклонившись, порочный пастор начал кончиком языка щекотать розовую горошину.

– Даааааааааа! – пронзительно взвизгнула она. – Дааа, преподобный, даааа!

Некоторое время мужчина продолжал полизывать клитор, затем, наклонившись ещё ниже, он впихнул язык во влагалище и стал покручивать им в разные стороны. Вкусные, ароматные соки практически бежали из пылающей пещерки, словно он вгрызался в сочную, спелую половинку апельсина.

Постанывающая и взвизгивающая домохозяйка, сходя с ума от удовольствия, всё крепче притягивала руками к себе голову мужчины, который резче и резче всаживал длинный язык в киску. "Боже, я сейчас умру от удовольствия, – думала Эрика. – У него что, природный талант. Мужчинам нужны годы практики, чтобы достигнуть такого уровня.

Внезапно женщина всё поняла. Религиозные старушки их городка принялись буквально боготворить преподобного Мартина, после того, как начали замечать, что к нему на исповедь приходит всё больше и больше женщин, которых никто не мог даже заподозрить в любви к господу. У него большой ораторский талант, восторгались старушки. "У него не талант, а хуй большой, – подумала Эрика. – Понятно, каким местом он отпускает им грехи".

Выдернув язык из влагалища, пастор стал жадно лизать мокрую расселину, казалось не в силах насытиться сладковатыми, ароматными соками. Снова и снова проводя языком по упругой горошине, он чувствовал, как набухает и приподнимается его собственный инструмент. Несмотря на то, что всего-навсего несколько минут назад мужчина разгрузил яйца в горячий рот красивой женщины, большой член быстро твердел.

– О, господи! – взвизгнула Эрика.