Путь в Свинг

Как только распухшая головка на половину вошла в полыхающую дырочку, Джеф, размеренно двигая бёдрами, начал вгонять твёрдую дубинку в тесную пещерку. Почему–то сегодня она была невероятно горячей и мокрой. Из полыхающих глубин в прямом смысле слова текло.

– Дааааааа, – протяжно застонала Карен, прекрасно ощущая, как член проникает всё глубже и глубже в раскалённые глубины. Пылающие стенки уютной норки стали настолько чувствительными, что, казалось, она может пересчитать все выпуклости на твёрдом стволе.

Приподнявшись на руках, Джеф стал резче вонзать член в охающую жёнушку.

– Господи, дорогой. Господи, – хныкала и стонала Карен, наполненная почти до краёв раскалённой плотью. Её буквально затрясло от безумного удовольствия, когда распухшая головка достала до дна влагалища. А волосатая мошонка, начав елозить по сморщенной дырочке зада, вызвала взрыв невероятно приятных ощущений.

Некоторое время супруги лежали без движения, наслаждаясь полным слиянием. Правда, Джеф использовал эту маленькую паузу, чтобы немного остыть.

Только когда ноющий член перестал пульсировать, Джеф, слегка приподнявшись, принялся двигать бёдрами. Он медленно вытаскивал и погружал распухшую дубину, каждый раз стараясь доставать головкой до самого дна мокрой пещерки.

– Да, сладкий! Да, – застонала Карен, когда муженёк начал двигаться. – Вот так! Ещё! Ещё!

Упёршись пятками в кровать, Карен начала высоко приподнимать бёдра, помогая члену входить в раскалённую пещерку. Она не могла припомнить, чтобы инструмент мужа был когда–нибудь таким толстым и твёрдым. У неё никак не получалось поверить в происходящее. Два года безуспешных попыток, и вдруг, непонятно откуда, это безумное, сказочное удовольствие. «Именно об этом я мечтала».

– Даааааааааа, милый! – истерично взвизгнула Карен. – Долби мою пизду, детка! Долбиииии! Долби сильней! Долби!

Неприличное словечко, сорвавшееся с губ скромницы Карен, вновь заставило Джефа вспомнить о развратнице Фрэнсис. «У этой похотливой сучки, наверное, пизда гораздо горячей и мокрей, чем у Карен». Подстёгиваемый грязными фантазиями, он принимался всё быстрей и резче вгонять член в раскалённые глубины.

– Да, сладкий! – вскрикивала Карен.