Кризис

С самой свадьбы она хранила ему верность, и никогда не занималась ничем подобным. "Целоваться и обниматься на вечеринке с другим мужчиной. Я с ума сошла".

Правда, подобная мысль не заставила Кендис протрезветь, и оторваться от мужских губ. Расстегнув пару пуговиц на рубашке Эла, женщина начала водить пальцами по его волосатой груди. Он был более заросший, чем Мартин. Ей нравились волосатые мужчины. Чтобы волос было в избытке на груди, животе и вокруг члена. У Эла на груди был такой роскошный ковёр, что, Кендис не сомневалась, между ног у него заросли ещё гуще.

"Что за мысли, я точно схожу с ума, – подумала она. – Нет, это не сумасшествие, я просто ужасно возбуждена".

Продолжая жадно целовать Кендис, Эл тоже расстегнул несколько пуговиц на её блузке, и, запустив в неё руку, снова принялся массировать сиськи. Поскольку женщина не пыталась его останавливать, мужчина потянул одну из чашек лифчика вниз, пока не обнажилась грудь, и начал пощипывать торчащий сосок. Кендис затрясло от возбуждения.

Груди у неё были очень чувствительными, и Кендис обожала, когда с ними играют.

Неожиданно она услышала женские стоны. Пытаясь понять, что происходит, как только Эл оторвался от её губ, Кендис обвела взглядом комнату. Несмотря на полумрак, женщина всё-таки смогла кое-что разглядеть. Стонала та девушка, в чёрных чулках, которая раньше сидела на ковре, неприлично широко раздвинув ноги. Сейчас ноги у неё были раздвинуты ещё шире, правда, всё интересное прикрывала голова мужчины.

– О господи, посмотри, – прошептала она Элу.

– Что, возбуждает? – усмехнулся он.

– Мне никто не сказал, какая это вечеринка!

– А что не так? Люди в наши дни делают всё, что захотят, если, конечно, это никому не мешает. Мне бы очень хотелось проделать что-то подобное с тобой. Уверен, ты гораздо вкусней самого невероятного мороженого.

– Ох, Эл.

Усмехнувшись, мужчина расстегнул застёжку лифчика, которая располагалась прямо между упругими холмами. И начал сжимать то одну сиську, то другую.

В ухо он шептал Кендис, какое у неё потрясающее тело, и как ему хотелось бы нарисовать её голой. Распаляя женщину, Эл чувствовал, как она всё сильней прижимается грудями к его ладони.

– Обожаю такие сиськи, – прошептал он. – Пойдём, отыщем себе удобную кровать.

– Господи, мы не можем. Послушай, Эл, я замужем. Ты что, не понимаешь? И, вообще, мы уже зашли слишком далеко. Перестань… ох… прекрати меня ласкать… ммммм.