Безупречный

Деревянные половицы холодят мои ноги, когда я прохожу через свою спальню и поворачиваю дверную ручку. По коридору я крадусь на цыпочках, как ребенок.

Я и чувствую себя таковым, стараясь не разбудить своего отца. Не могу сказать, что когда-либо представлял, как буду жить с ним в этом возрасте, но когда бо2льшую часть года ты в разъездах, содержать собственный дом не имеет смысла.

Как только завершу карьеру, буду строить, как это делали мои братья.

Как только завершу карьеру.

Это то, что я продолжаю говорить себе.

Это ужасающая перспектива. Которую я с удовольствием продолжаю игнорировать.

Как только я спускаюсь по лестнице, перехожу на обычный шаг и направляюсь прямо на кухню, где держу свои лекарства повыше, чтобы Люк не смог дотянуться до них своими грязными, создающими неприятности ручками.

Завернув за угол, я замираю, когда обнаруживаю, что кухня не пуста.

Саммер сидит за большим семейным столом, просматривая свой телефон. Перед ней стакан воды. Свет от экрана падает на ее умытое лицо. Он подчеркивает выражение удивления, когда она понимает, что я стою в широком арочном проходе и наблюдаю за ней.

– Привет, – говорит она осторожно, как будто не уверена в том, как я отреагирую на ее присутствие.

Кажется, в баре между нами все наладилось после того, как мы все хорошенько посмеялись.

– Привет. Все хорошо? – спрашиваю я, и мой голос звучит громко в обычно тихой кухне.

Это единственное, что мне нравится в возвращении домой. Тишина. Вы просто не получите этого ни в отелях, ни в городе. Здесь по-настоящему тихо. По-настоящему спокойно.

Она кладет телефон на стол, прежде чем поднять свой стакан в моем направлении.

– Слишком много сладких напитков, смешанных с самым большим бокалом белого вина на свете. Спасибо, что отвез обратно.

Я прищелкиваю языком, открывая шкафчик над раковиной.

– В последние годы «Рейлспур» изменился. Но это все равно не то место, где модные девушки могут выпить вина.

Она задумчиво хмыкает.

– Хорошее замечание. В следующий раз я схожу за теплым молоком.