Однажды над городом. Роман

Ахмедов с опущенными плечами поплёлся к месту, где его ждали. Имран смотрел другу вслед и отгонял от себя чудовищную мысль, что этот день больше не повторится, и он никогда больше не увидит жену, детей, друга и этот город. Непроизвольно у Имрана пробилась слеза и не одна, но он со спокойной душой утёр глаза, будучи уверенным, что никто из его близких не видит этих мгновений его слабости.

Звягинцев вновь привёл Арифа к кабинету начальника 2-го отдела и в этот раз в собственном сопровождении ввёл его в кабинет.

– Плохо службу начинаешь, солдат! – неизвестным голосом оказался пожилой майор, с зализанными редкими волосами и в застёгнутом до последнего крючка офицерском кителе.

– Побегать решил?! Удивляешь ты меня, тут старший лейтенант за тебя горой стоит, а ты такого человека подводишь. Куда тебя лешие понесли?!

– С другом простился, мы с ним с детства вместе… – виновато ответил Ариф.

– Сынок, война идёт, бросай свои бакинские выходки, именины, обрезания, свадьбы и прочие манеры. На твоем месте другой боец прилип бы к моей двери и ждал моего благословения.

– Я её потерял, простите, так получилось, – неуверенно произнёс Ариф.

– Ты уверен, что потерял? – бросив удивлённый взгляд на старшего лейтенанта, усмехнулся майор.

Арифа вдруг осенило, что за всеми этими переживаниями и тяжёлыми мыслями, он не заметил, как всё это время продержал маленький бумажный квадратик в своих руках.

– Степаныч! За кого просишь?! – удивлённо спросил майор, пристально рассматривая Ахмедова. – Так он не в себе, как он будет самолёты сбивать?

Звягинцев не ответил, лишь только бросил беглый взгляд на бывшего студента.

– Где проживаешь в Баку? – развернув и разгладив ладонью повестку, спросил майор.

– Я живу… – Ариф замешкался, размышляя, с чего будет правильно начать, с прописки или с адреса фактического проживания.

– На Кубинке он живёт! Место в Баку такое есть, – опередил Звягинцев. – Прав я?! Помню, ты туда свой курс приглашал, и меня в том числе. Никак не могу забыть кутабы твоей мамы, – старший лейтенант впервые за всё это время по-доброму улыбнулся. – И довгу её тоже помню.

– О чём это ты, Степаныч? – полюбопытствовал майор.