Время океана

– Больше ничего не помнишь?

Девушка поджала губы.

– Нет.

Внутри я обрадовался, но в то же время ощутил разочарование. Она действительно не помнит своих приступов. Или врет? Но если бы помнила, разве она удивилась бы мне? Значит, правда, совсем забыла.

Но разочаровался я в другом.

– Ты не помнишь, как мы танцевали? – бесстыдно спросил я.

Алесса хитро ухмыльнулась, ее глаза заблестели.

– Это я помню, просто сделала вид, что забыла. Вдруг тебе было неловко и ты не хочешь об этом говорить? Или жалеешь о том, что делал…

Я застыл.

– С чего это мне жалеть?

Она рассматривала мои синие, потемневшие в тусклом свете глаза. Опустила взгляд на губы, на шею, затем снова подняла вверх.

– Я же знаю, как ты ко мне относишься. Наверное, ты боялся, что я могу влюбиться в тебя. Но не волнуйся: этого не будет.

Ком подступил к горлу. Я усиленно пытался сглотнуть его, но внутри было ощущение, словно все забито. И одновременно пусто.

– Мне нравится Саймон.

Ей нравится мой друг. Понятно.

– Это плохая идея, – ответил я абсолютно равнодушно. – Знаю, тебе не нужны любовь и забота, ты сильная… Но он тебе совсем ничего не даст.

Я прекрасно знал Саймона. Ему не интересны серьезные отношения. Он музыкант, играет в группе. Последнее, что ему нужно, это постоянная девушка. И он с Марио ни о чем не договаривался. Ему нет дела до психического состояния Алессы.

Хилл встала ровно, оторвавшись от парты. Она надулась, скрестив руки на груди.

– Что это значит – «не нужны любовь и забота»?

– Ты вроде как самодостаточная и сильная. Разве тебе это нужно?

Алесса тихо усмехнулась, засмотревшись на капли на прозрачном стекле.

– Большинство девочек мечтают о любви и семье. Просто это не по каждой видно. Ведь не всякая девочка носит платья, красится, играет в хозяйку и кичится своей женственностью. Есть девочки, которые сильнее других. Они смелые, они не плачут, готовы защищать себя и стоять до последнего. Им приходится такими быть.

Бумажный комок выпал у меня из пальцев, когда Алесса направилась к двери. Она отодвинула ставни, напоследок глянув на меня, и улыбнулась.

– Сегодня не будем заниматься, ладно? У меня очень болит голова и температура. Эта ночь далась мне как-то нелегко. Наверное, выпила много.

– С какой стати он вообще тебе нравится? – уперто продолжил я.

Лисс театрально закатила глаза. Улыбка пропала с ее губ.